Винченцо

Не лучшее место для путешественника, правда?

– Да, звучит не утешительно… Но, раз я уже здесь – воспользуюсь гостеприимством.

–Это всегда пожалуйста! – улыбнулся торговец. – Особенно если заглянете со звонкой монетой, ха-ха!

Путь дальше через город проходил по тихой улочке, где царила немного сонная домашняя жизнь. Весь набор звуков и запахов, насыщавших это место, был совершенно незнаком жителю мегаполиса, где все казалось искусственным. Дикий симбиоз живого металла и камня, обработанных руками человека, и пробивавшейся повсюду дикой природы.

Казалось, что могущество человека, обещавшее править безраздельно, здесь уступило в силе первозданному. Но обе силы будто были больны, и теперь лишь теряли силы. Даже в людях не было той энергии, которая присуща жителям привычного Вину мира. Неторопливые, словно обессиленные, они бездумно шли по им известным делам и не замечали друг друга. Сам образ жителей этого мира был весьма своеобразен – насколько успел рассмотреть любопытный Винченцо. Одежда была покроя Викторианской эпохи и в основном сочетала четыре цвета – черный, коричневый, зеленый и красный. Единожды он видел женщину и мужчину в более солидных костюмах из светлой ткани – было очевидно их принадлежность к богатой части населения. Впрочем, это было скорее исключение из правил.

Особенно непривычной была речь жителей. Она была понятна, но ударения ставились зачастую совершенно непривычно, а отдельные звуки затягивались, тогда как остальное говорилось довольно быстро. Несмотря на то, что Вин не собирался здесь задерживаться, эти заметки были ему необходимы.

Улица делала поворот, уходя в сторону центра города. На брусчатке стоял диковинный аппарат, напоминающий пузатую бочку на ножках, только из латуни. "Бочка" состояла из двух частей, верхняя вращалась, изнутри доносился звук работающих механизмов. К ней крепилось подобие метлы с длинной ручкой – аппарат периодически взмахивал ей на манер дворников, сметая песок и листья с брусчатки. При этом «бочка» издавала грустный скрип.

Изредка мимо проезжали архаичные паромобили, заглушая грохотом все звуки.

После них в воздухе пахло горелым и летали частички золы. Нечто подобное уместно было бы в фильме или в живом музее – но не в повседневности.

Вин решил остановиться в небольшом сквере. Там были четыре тяжелых скамейки, рядом с которыми стояли тяжелые газовые фонари. Вокруг росли старые деревья, широко раскинув свои мощные ветви. Часть зелени на них пожухла, разбавляя цвета оранжевыми пятнами.