Домой? Да никогда!

Так что я сейчас приобниму Кинжальчика за талию – о, как удивился! – и вот уже мы двое вполне себе симпатичная парочка. Разбойник и попаданка с шилом в жопе – дивное сочетание, не находите?

В город мы явились к вечеру. Он был небольшим и со всех сторон окружен лесом. Однако улицы были полны людей, среди которых как-то незаметно растворились мои новые соратники. Карманы чистить пошли, труженики наши, догадалась я. Кинжал же упорно тащил меня за собой.

– Слушай, давай хоть в трактир какой завернем, – наконец не выдержала я, – жрать хочется и ноги уже гудят!

– А у тебя есть деньги? – Ровным голосом спросил он, не глядя на меня.

– Нет, – призналась я, – а у тебя их разве нет?

– Будут, – усмехнулся Кинжал и повлек меня куда-то по широкой улице, обставленной симпатичными домишками. Я вздохнула. Ну сколько можно ходить? У меня ноги устроили забастовку еще пару часов назад! Еще немного, и я запрыгну атаману на ручки – пусть тащит меня на себе, если ему так нравятся пешие прогулки.

Неожиданно мы оказались на просторной площади, где, несмотря на вечер, сновало множество народу. О, кажется это мой шанс изящно удалиться! Только вряд ли я уйду далеко, учитывая эту проклятую боль в ногах. Впрочем, место людное, не потащит же Кинжал меня силой? А я буду-таки сопротивляться и при этом визжать громким противным голосом! Вот тогда и посмотрим, хватит ли ему наглости применять силу на глазах у изумленной публики.

Тем временем Кинжал притащил меня на правую сторону площади, где толпился народ.

Судя по гнусавым и писклявым голосам, а также по взрывам хохота, что возникали тут время от времени, здесь шло какое-то представление. Хватка атамана ослабла, а лицо приняло необычное выражение – рассеянное, расслабленное, но в глазах читалась чрезвычайная собранность. Ага, кажется, Кинжал решил подзаработать. Вон как рукой ловко орудует, сейчас поди и вторая понадобится – неудобно все-таки.

Словно в ответ на мои мысли, Кинжал наконец отпустил меня и принялся незаметно сновать по чужим карманам и подвязанным к поясам мешочкам, пальцы его – ловкие и легкие – порхали будто голубочки. Прелесть, что за зрелище, так бы и любовалась им, но мне, увы, пора в свободное плавание. Чао, крошка, буду скучать!

С этими мыслями, я осторожно отступила назад, натолкнулась на какого-то здоровяка, а тот нетерпеливо отпихнул меня к себе за спину.