Левантевски, шприц!

– Лучше бы ты осознал тщетность своего бытия, – пробурчала Лиза и ощутила увесистый пинок по лодыжке, которым ее наградил Левантевски, – что помешало вам обратиться к какой-нибудь травнице или знахарю? Почему именно стремительная помощь? Давно у вас это состояние?

– Ах-ха! – Рожа пациента расплылась в обширной улыбке. – Давно! Три … нет, пять дней! А сегодня я лежу и вдруг чувствую, что в брюхе-то уже давит и распирает. Ну, думаю, а вдруг мне его порвет и я помру? А я не хочу помирать.

Из-за Лизиного плеча вынырнул озабоченный фельдшер и что-то втолкнул ей в ладонь.

Она взглянула на подсунутый пузырек.

– Вот. – Махнула им Лиза. – Лекарство. Пить будете?

– Это не пи-ить! – Вдруг сдавленно зашипел Левантевски. – Это для диагностики! Капнуть на живот. А потом …

– Нет! – Внезапно рявкнул мужик с такой силой, что в глубине дома что-то рухнуло. – Это вредно для здоровья! Магия, знаете ли, тоже всякая бывает. А уж из чего эти ваши зелья делают – я знаю! Да! Знаю! Они же все как одно на ядовитых травах! А что не на травах – то на поганых выделениях всяких животных.

Не позволю! Я, знаете ли, здоровьем своим дорожу. Лечите без этого!

Лиза сдержанно скрипнула зубами и через плечо глянула на тихо звереющего фельдшера.

– Ладно, – медленно выговорила она, – Левантевски! А что там у нас еще по поводу диагностики имеется?

– Никакой диагностики! – Взревел пациент. – Нечего время на эту ерунду тратить! Я ж говорю – погадить никак не могу. Чего неясно-то? Смрад один только из меня и выходит, а по крупному – ни-че-го! Тупые вы, что ли? Лечить не умеете? Неучи немагические! Бездари оркоголовые!

Он явно наслаждался своей маленькой, но, к сожалению, очень цепкой властью.

Лиза закрыла глаза, быстренько обмозговала ситуацию и вдруг успокоилась. Не глядя похлопала по руке пыхтящего фельдшера и улыбнулась пациенту.

– Что же вы – зелье пить отказываетесь, от обследования тоже, и как же нам лечить вас после этого? – Вкрадчиво заговорила Лиза. Пациент радостно блеснул зубами.

– Сделайте мне массаж, – приказным тоном велел он, плюхнулся на спину и обнажил здоровенное брюхо, напоминающее бледное желе, – мне завсегда оно помогает. Давай, красявочка, поработай своими нежными ручками. И скажи спасибо, что я согласен только на ручки.

Больной хохотнул, расслабленно развалился, раскинув ноги, и принялся дурно пахнуть во все стороны, совершенно не стесняясь этого. У Лизы от гнева затряслись руки, но она быстро взяла над собой контроль.