Криптонит

И я бы не вынесла, если бы они вмешались.

Страх и злость – лучшее топливо.

– Да я, блять, твою мать в десять лет ебал, – он приблизился, надеясь, меня запугать. И меня действительно пугал его агрессивный тон. Но я, сцепив зубы, заставляла себя смотреть в его лицо.

Меня бесило, что я боялась его – такого одноклеточного по сравнению со мной. И преодолевала себя.

– Что, прямо в её могиле? – спросила я, наблюдая за тем, как его лицо сменяют все цвета радуги по очереди.

Только тогда он меня отпустил, и я, покрасневшая, присоединилась к Вере.

Почему-то с нами шла Насвай, но во мне было ещё слишком много адреналина, чтобы прогнать её. Пусть идёт.

– И чего пристал… – бормотала Вера.

– Обиделся в тот раз, решил поохотиться, не знаю, что ему надо, – нервно, слишком громко хохотнула я. Мы шли по пустому коридору, и я даже отбежала на несколько шагов – настолько мне некуда было девать этот адреналин.

– Ну ты даёшь, подруга, – восхищённо присвистнула Насвай. – Ты такая злая.

– Спасибо, – фыркнула я, смутившись.

– Пойдём на физику? Я там уже не была лет пять, но в принципе, плевать, – апатично дёрнула плечом Вера.

– Нет, – пробурчала я, тут же замкнувшись.

– А я вообще нигде не была. Надо пописать, что ли…

* * *

– У него ужасные татуировки. Разве в учителя пускают с такими? По-моему, какой-то бред, – бурчала я, водя пальцами по пластиковой поверхностности туалетного подоконника. – Он их даже не закрывает. Вот посмотрим, как он зимой в своих футболках ходить будет и мускулами светить.

– Мы можем о чём-то другом уже поговорить? – раздался замученный голос из туалетной кабинки. Вопросительный взгляд Веры был согласен с негодованием Насвай. Я вспыхнула.

– Тебя вообще никто не звал сюда, так что слушай, что есть, и не возникай!

– Как грубо, – заметила Вера. Мне было полностью плевать. Я чувствовала, как расстраиваются мои нервы, будто кто-то дёргает за струны, и они с каждым разом становятся всё фальшивее, пока полностью не порвутся.

Фоново я постоянно жила с подступающей истерикой, становящейся всё ближе и ближе, как снежный ком. На всех фотках с тех времён у меня бешеные глаза.

– Возможно приедет бабушка, – вздохнула я.

– И почему это плохо?..

– Потому что она мама Иры. И как раз в это время приедет дед. Ира пыталась устроить всё так, чтобы они приехали в разное время, уговорить там, но куда ей, никто не хочет уступать, – хмыкнула я. – Начнётся битва титанов, и мне уже страшно.