Спартак

Число сторонников Союза растет изо дня в день, число защитников святого дела увеличивается с каждым часом, с каждым мгновением… Так, например, сегодня же вечером в час первого факела в лесу, посвященном богине Фурине, по ту сторону Сублицийского моста, между Авентинским и Яникульским холмами, будут приняты в члены нашего Союза с соблюдением предписанного обряда еще одиннадцать верных и испытанных гладиаторов.

– В лесу богини Фурины, – сказал пылкий Брезовир, – где еще стонет среди листвы дубов неотмщенный дух Гая Гракха, благородной кровью которого ненависть патрициев напитала эту священную заповедную почву; именно в этом лесу нужно собираться и объединяться угнетенным, для того чтобы завоевать себе свободу.

– Что касается меня, то я, – сказал один из гладиаторов, по происхождению самнит, – не дождусь часа, когда вспыхнет восстание; не потому, что я очень верю в благополучный его исход, а потому, что мне не терпится схватиться с римлянами и отомстить за самнитов и марсийцев, погибших в священной гражданской войне.

– Ну, если бы я не верил в победу нашего правого дела, я бы, конечно, не вошел в Союз угнетенных.

– А я вошел в Союз, потому что обречен умереть и предпочитаю пасть на поле сражения, чем погибнуть в цирке.

В этот момент один из гладиаторов уронил свой меч. Он нагнулся, чтобы поднять его, и вдруг воскликнул:

– Под ложем кто-то есть!

Ему показалось, что он увидел там чью-то ногу и край зеленой тоги.

При восклицании гладиатора все в волнении вскочили. Крикс тотчас воскликнул:

– Гляди на весло! Брезовир и Торкват пусть прогоняют насекомых[8 -

охраняют выход.

шпиона. (Примеч. авт.)].

Два гладиатора, исполняя приказ, стали у двери, беззаботно болтая друг с другом; остальные, мигом подняв ложе, обнаружили под ним съежившегося молодого человека лет тридцати. Схваченный четырьмя сильными руками, он начал сразу молить о пощаде.

– Ни звука, – приказал ему тихим и грозным голосом Крикс, – и ни одного движения, или ты умрешь!

И блеск десяти мечей предупредил шпиона, что если он только попытается подать голос, то в один миг отправится на тот свет.

– А! Это ты сабинский торговец зерном, оставляющий на столах сестерции без счета? – спросил Крикс, глаза которого налились кровью и мрачно сверкали.

– Поверьте мне, доблестные люди, я не… – начал тянуть молодой человек, похолодев от ужаса.

– Молчи, трус! – прервал его один из гладиаторов и сильно ударил ногой.