Крушение империи

Оставшиеся в живых галерники принялись интенсивно грести, всё дальше удаляясь от смертоносного «Ангела». Поражение турецких пиратов было безоговорочным. Их наглость была жёстко пресечена неожиданным сопротивлением со стороны купеческого судна.

В то время артиллерия с применением пороха была большой редкостью, тем более на торговых судах, и потому для турок столь мощный удар явился полной неожиданностью.

– Смотри, как тюрбанники драпают! – радостно крикнул шкипер, показывая в сторону удирающей галеры, – они думали, что смогут нас одолеть своими абордажными крючками.

– Дядя, не хватит того погрома, что ты сейчас устроил? – раздался голос Соломона, который всё это время, затаив дыхание, наблюдал за морским сражением.

– Мой мальчик, помни навсегда. Хорош тот враг, который мёртв. Вот эти, что удрали, подобно раненому зверью, будут тебе мстить всю жизнь и потому хорошенько запомни их лица, – нравоучительно произнёс Иосиф.

Однако внимание Соломона было приковано к водной глади. Там, на поверхности воды, он заметил одного из галерников, который, несмотря на то, что его руки были скованы цепями, смог остаться на плаву и теперь отчаянно боролся с волнами. Тяжёлые цепи сильно мешали ему, однако будучи, по-видимому, отличным пловцом, галернику удалось близко подплыть к «Ангелу». Силы его были явно на исходе, и он начал кричать о помощи.

– Помогите! Христом богом прошу! Спасите! – кричал галерник на чистейшем испанском языке.

Услышав испанскую речь, команда бросилась к левому борту.

– Клянусь своим Богом, у нас за бортом тонет наш земляк! – воскликнул изумлённый Иосиф, – а ну, живо вытащите его на палубу!

Бомбардиры уже тянули на борт галерника, который изо всех сил держался за брошенный ему канат. Ухватив за плечи, они вытащили его на палубу. Вся команда окружила спасённого и внимательно рассматривала его. Это был худощавый мужчина лет тридцати с типично испанской внешностью.

– Спасибо, вам братья. Спасибо, – только и смог выговорить он.

Кто-то принёс ему сухую одежду, и тот принялся скидывать с себя мокрые лохмотья. Один из матросов начал сбивать его тяжёлые цепи, орудуя молотом и огромными корабельными клещами.

– Кто ты такой? И как ты очутился на галере пиратов? – спросил его Иосиф.

Спасённый сильно удивился, услышав свою родную речь.