Браконьеры и другие рассказы

По натуре капитан всегда питал склонность к неординарным поступкам и был не прочь устроить нечто похожее здесь, в графстве Гемпшир, вернув, таким образом, давно утраченный элемент романтики в ремесло бандита с большой дороги. Эта парочка изголодавшихся воров, размышлял он, со временем станет ядром банды, которой он будет управлять как абсолютный повелитель.

Он изложил им свои мысли лишь после того, как с ужином было покончено.

– Ну, поросячье рыло, – обратился он, затем, к Натаниэлю, ожидая встретить бурное одобрение с его стороны, – что скажешь?

– Меня зовут Нат, – обиженно буркнул тот.

– Неважно, «поросячье рыло» тебе больше подходит. Так вы будете работать вместе со мной или нет? – вопросительно перевел взгляд с одного мошенника на другого Эванс.

Джейк с энтузиазмом заявил, что считает для себя честью служить под знаменем столь прославленного предводителя. Натаниэль же, раздосадованный неучтивостью, с которой с ним разговаривали, сначала заупрямился, но в конце концов и он, уступая неожиданному нажиму со стороны Джейка, согласился встать под знамя капитана Эванса.

Предстояло еще обсудить, чем именно новобранцам предстояло заниматься, но капитан, видя, что после обильного ужина они проявляют явные признаки сонливости, решил отложить разговор.

– Ведите себя тихо, и никто вас здесь не тронет, – сказал он, вставая со своего кресла. – Приберите на столе и помойте тарелки, – велел он затем. – Пока это и будет вашим первым заданием. Я вернусь вечером.

Он стремительно вышел из комнаты, и когда стук копыт его кобылы затих в отдалении, Натаниэль дал, наконец, выход кипевшей в нем ярости.

– Будь я трижды проклят, – вскричал он, – если стану посудомойкой у какого-то малого, промышляющего разбоем на большой дороге. Мыть тарелки! – сердито фыркнул он. – Чего захотел. И он еще обозвал меня «поросячьим рылом», грязный ворюга! Да и ты, Джейк, хорош: позволил одурачить себя баснями и обещал служить ему верой и правдой. Отличная служба, разрази меня гром! Мы должны будем класть голову под топор, а вся добыча достанется его светлости.

Джейк поднял голову и, хитро прищурившись, посмотрел на своего приятеля.

– Только дураки и пьяницы, – наставительно произнес он, – меряют по себе все, что происходит вокруг. Сядь-ка, болван, перестань кудахтать и послушай меня.