Сато

А, подождите-ка, его ведь не существует, не так ли? Просто эти ребята решили, что знают, как именно надо питаться. А почему же они сами так не питаются?

– То есть если тебе предоставят убедительные аргументы в пользу режима питания, то…

– Этого мало, – перебил Сато. – Дело не в аргументах и питании как таковом. Дело в двойных стандартах. Им можно то, чего нельзя мне.

– Не забывай, что ты в теле ребенка, они просто заботятся о тебе.

– Это больше похоже на попытку подавить мою волю. Если они говорят мне, что есть брокколи полезно, то пусть сами тоже едят брокколи.

Польза, кстати, плохо сочетается с курением, не так ли? Но это не мешает папаше дымить хуже паровоза. Зато вот спорт очень полезен, но в этой семейке нет ни одного спортсмена. Для них полезное – это «я так сказал». Чем не аргумент тюремщика?

Даша кивнула, вдруг поняв, насколько трудная предстоит работа. Как уместить контр-адмирала в ребенке?

– Они делают это неосознанно, ты же понимаешь? В любом случае: ты ребенок, они взрослые.

Это нормально, что тебе можно меньше, чем им, они несут ответственность за тебя. Вот вспомни свое детство, Сато. – Даша впервые назвала его этим именем. – Как вели себя твои родители?

– Я офицер карательного корпуса! – вдруг вспыхнул мальчик.

– Извини! – Даша подняла руки. – Я сказала что-то не то?

– У меня не было родителей!

– Ладно, но у тебя же были…

– Меня вырастили в пробирке. Я вышел из капсулы шестнадцатилетним мужиком и отправился получать форму.

Даша снова зафиксировала важный момент: уточнить настроение матери во время беременности и в первый год после родов.

Скорее всего, у нее была депрессия, а значит, возникла узнаваемая параллель. Эмоциональное отсутствие мамы у Кости превратилось в полное ее отсутствие у Сато. Даша предприняла последнюю попытку.

– Ну кто-то же тебя воспитывал?

– Устав корпуса.

– А кроме устава?

– Сержант.

– Вот, например, – обрадовалась Даша и хотела развить мысль, но Сато перебил ее.

– В семнадцать лет я выбил ему зубы и переломал ребра.

– И что он сказал? – сама не поняв зачем, спросила Даша.

– Что он гордится мной. И если я не возглавлю корпус, то он нассыт на мою могилу, – улыбнулся Сато.

Даша невольно клацнула зубами, но быстро взяла себя в руки и уточнила:

– А почему ты не считаешь свое воспитание издевательством и пленом?

– У такого обучения есть цель. Да, я прошел жесткую подготовку, но она сделала из меня того, кто я есть, – не без гордости ответил Сато.