Раскол

Когда у них ничего не вышло с фермой, они вернулись обратно. Насколько я помню, это произошло сразу после несчастного случая. – На последних словах он немного понизил голос.

Нарушать возникшую паузу Ари не спешил.

– Вы тоже их родственник? – спросил его собеседник.

– Нет, но я немного знаком с их сыном. Я просто хотел выяснить, как к вам попала эта фотография.

– Ах вот оно что! Значит, вы знакомы с Хьединном? – спросил мужчина и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Замечательный человек.

– Они ведь были уважаемыми людьми? – уточнил Ари.

 – Я имею в виду Гвюдфинну и Гвюдмюндюра.

– Ну да… Гвюдмюндюр был человеком замкнутым и решительным. Ссориться с ним охотников не было. Свои интересы он знал прекрасно, оборотистый такой… Начинал молодым парнем в рыболовстве, а потом и свои фирмы открывал – состояние сколотил приличное, так что на одну неудачу, я имею в виду Хьединсфьордюр, вполне имел право. Хотя, думаю, та авантюра дорого ему обошлась. Видимо, вдохновился романтикой заброшенного фьорда. С тех пор там так никто и не живет.

– А его жена?

– Она родом из Рейкьявика. И ее сестра тоже – та самая, что умерла. Даже не вспомню, как ее звали.

– Йоурюнн, – подсказал Ари.

– Да-да, Йоурюнн. А вот мужа ее, помню, звали Мариус. Фотография, кстати, к нам от него и попала. Сестры были вроде как одного поля ягоды – совсем не приспособлены к жизни в той глуши. Такое существование не каждому по плечу. Вот Йоурюнн яд и выпила.

– А это точно? – спросил Ари.

– Ну… я не помню, какая там была официальная версия, но сомневаться в ней особо не приходилось.

Представьте только, какая там суровая зима – ни тебе электричества, ни телефона. Да и в Сиглуфьордюре жизнь была не сахар. Я вот тоже давно в Рейкьявик переехал – поближе к родным, – сообщил мужчина с ноткой грусти в голосе.

– Так вы говорите, что фото попало к вам от Мариуса? А он разве еще жив?

– Нет, конечно. Уже два года как умер. Все унаследовал его брат, и пока он разобрался со всем имуществом, прошло время.

И как-то зимой он позвонил нам в Общество. Вернее, не он, а медсестра из дома престарелых, где он сейчас живет. Она сказала, что после Мариуса осталось две коробки фотографий, а его брат хочет их передать нам. Мы поместили их в наш музей, а часть показали на вечере фотографий. Даже не представляете, сколько людей мы узнаём на снимках, когда устраиваем такие вечера! – воодушевленно заключил мужчина.

– А у вас нет номера телефона брата Мариуса? – поинтересовался Ари.