Техника проникающего удара

– И последнее. Ты пришёл в клуб, которым руковожу я. Большой клуб, имеющий свой устав. Я хочу, чтобы ты его знал. Это не займёт много времени. В нём всего два пункта. Пункт первый – учитель всегда прав. Пункт второй – если сомневаешься, читай пункт первый. Либо ученики признают устав клуба, либо… двери клуба всегда открыты.

– Я понял, Сэнсэй, – услышал учитель спокойный голос ученика.

– Ну, тогда побежали…

* * *

– Так это была не полная нагрузка? – ошеломлённо спросил ученик в конце тренировки.

– Не полная, некоторые упражнения ты пока физически не сможешь выполнить.

– Какая же тогда полная?

– Узнаешь, я же тебе сказал, запасись терпением, его тебе ох как много понадобится.

– Что значит Будо-каратэ, Сэнсэй? – спросил ученик после тренировки. – Я проштудировал всю свою библиотеку по боевым искусствам, а она у меня не малая. Практически я покупаю всё, что попадается на глаза, и всё купленное прочитываю, но я не нашёл стиля с таким сочетанием слов в названии.

Военных искусств Будо – сколько угодно. Стилей каратэ, в принципе, не так уж много, по пальцам можно пересчитать. А вот Будо-каратэ не нашёл.

– А ты представь себе арбуз. Отрезал дольку – один стиль, отрезал другую – другой стиль. Большая долька или маленькая, но это лишь часть целого. А целое это и есть Будо-каратэ. То есть то каратэ, которое когда-то пришло в Японию с Окинавы, и из которого произошло чисто японское, спортивное каратэ-до, названное впоследствии традиционным.

В общем-то, все сегодняшние стили каратэ изобретены японцами, и все являются традиционными или посттрадиционными. Кёкушинкай каратэ-до, Сёриндзи-рю Кэнкокан каратэ-до, и тому подобное. А то, дояпонское каратэ, что в переводе означало китайская рука, сегодня является забытым и утерянным. Я называю его Будо-каратэ – искусство самообороны пустыми руками. И оно отнюдь не является спортивным. Все его приёмы ведут, как минимум, к серьёзной травме. Когда речь идёт о защите жизни, не до сантиментов.

– Но где Вы учились, Сэнсэй?

– У меня один Учитель, – сказал, посмотрев вверх, Сэнсэй, – я больше половины жизни по крупицам собирал и продолжаю собирать утерянное. Что-то увижу, что-то услышу, что-то додумаю. А по большому счёту, если принять на веру теорию о ноосфере, то никакое знание не теряется, а всё хранится там. И озарение можно понимать, как подключение к этому мировому компьютеру. А любой стиль боевого искусства проверяется жизнью.