Роза и кинжал

Глиняные стены их дома пребывали в плачевном состоянии. Разрушенные, припорошенные слоем сажи. Крыша провалилась и открывала взору небеса. Небеса без малейшего признака надежды.

Вокруг простирался когда-то процветающий город.

Полуденное солнце стыдливо пряталось за разрушенными крышами домов Рея, отбрасывая тени на расколотые камни и опаленный мрамор. Тут и там виднелись еще дымящиеся груды развалин, которые служили жестоким напоминанием о том, что творилось вокруг всего несколько коротких дней назад.

Девочка подошла к брату, стараясь принять суровый вид, и наставительно произнесла:

– Если не хочешь помогать, подожди снаружи. Но я останусь и продолжу уборку. Кому-то же нужно этим заниматься.

С этими словами она потянулась к лопате.

Мальчик раздраженно пнул ближайший булыжник, отчего тот прокатился по спекшейся от жары земле и остановился возле ног незнакомца, замершего возле обугленной дверной рамы. Лицо мужчины скрывал капюшон.

Девочка стиснула ладонь на черенке лопаты, задвинула брата себе за спину и поинтересовалась у незваного гостя:

– Могу ли я вам чем-то помочь?

Черная накидка-рида незнакомца была расшита серебряными и золотыми нитями.

Изысканные ножны необычной сабли поблескивали драгоценными камнями. Обувь же была изготовлена из тонко выделанной телячьей кожи.

Мужчина явно не принадлежал к числу разбойников.

Не получив ответа, девочка выпрямилась, с бешено колотящимся в груди сердцем приподняла лопату, нахмурилась и повторила вопрос:

– Могу ли я вам чем-то помочь, сагиб?

Незнакомец шагнул внутрь от покосившейся дверной рамы, откинул на плечи капюшон и примирительным жестом осторожно выставил перед собой ладони.

Каждое движение казалось плавным, текучим, исполненным грации.

Девочка впервые сумела рассмотреть незваного гостя в солнечных лучах. Он выглядел куда моложе, чем она ожидала – не старше двадцати лет, – и мог бы считаться красивым, если бы не слишком резкие черты и не ожесточенное выражение лица.

В ярком свете стало заметно и еще кое-что странное: контрастируя с остальным обликом богатого вельможи, его руки, покрытые мозолями, покраснели и потрескались, свидетельствуя о тяжелом труде. Усталые глаза были необычного цвета расплавленного золота, как у льва, которого девочке доводилось видеть лишь на картинах.

– Я не хотел вас напугать, – тихо произнес молодой мужчина, обводя взглядом развалины скромного жилища.