Хозяин драконьей гряды

– Ерунда какая-то, – пробормотала, чувствуя, как внутри разливается горечь. – Ничего не понимаю…

Мне стало холодно и одиноко. Так холодно, что я машинально обняла себя за плечи, и так одиноко, что к глазам подступили слезы.

Снова одна. Снова никому не нужна. Снова мужчина выбрасывает меня, как ненужную тряпку…

Будто я только что сама не подумывала, что лучше уйти.

Что-то дернуло поднять глаза. Я наткнулась на взгляд супруга, сухой и внимательный. И словно со стороны услышала собственный голос:

– Скажите, а мы любили друг друга? Между нами было хоть что-то, кроме контракта?

На мгновение показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление.

Мелькнуло – и пропало. Взгляд снова стал нечитаемым.

– Странно слышать подобный вопрос из ваших уст, – задумчиво произнес супруг. – Жаль, что ответа мы никогда не узнаем.

И вдруг подался ко мне.

Три быстрых скользящих шага, удивительно грациозных при его хромоте. И вот уже твердые пальцы сжимают мой подбородок, заставляют запрокинуть голову вверх.

Я вижу пылающие глаза с черной бездной зрачков. Зрачки расширяются, заполняют золотое пространство, мужское лицо склоняется надо мной, закрывая весь мир…

И сухие, иронично скривленные губы накрывают мои.

Жадно. Жарко. Порывисто.

Прикасаются, заставляя все тело вздрогнуть в сладкой истоме.

А затем поцелуй обрывается. Так же внезапно, как начался.

У меня в голове шумит. В полной прострации я смотрю, как он отодвигается, хмурится, недовольный чем-то. А на лице у него выступают чешуйки…

Чешуйки! Тонкие, серебристые, в них, точно в осколках стекла, отражается свет.

В глазах вспыхивает неподдельная тревога. Он что-то шипит сквозь стиснутые зубы. Резко оборачивается к дверям, и те распахиваются, словно кто-то с той стороны толкнул их ногой.

На порог вбегает лакей. Его лицо перекошено страхом:

– Ваша Светлость! Наследник! Ему нужна помощь!

Мой муж срывается с места. Смазанной тенью проносится мимо, за его спиной темным плащом разворачиваются два крыла.

А я остаюсь в полном оцепенении, не веря своим глазам.

Люди так не двигаются! Люди не обрастают сверкающей чешуей!

И… у людей нет перепончатых крыльев.

Меня накрывает внезапное понимание.

Я попала…

Конкретно попала…

Из меня вырывается истерический смех.

***

За дверями комнаты слышалась беготня. В воздухе разливалась тревога, которая передалась и мне. Вытирая слезы и придерживая ноющий живот, я сползла с постели и заковыляла к дверям.