Прикосновение к любви

Проводник сидел на корточках перед печуркой, вороша небольшой кочергой поленья. На печурке стояли два чайника. Максим засмотрелся на огонь.

– Извините, можно нам стаканы. Четыре штуки.

– Если я сейчас стаканы раздавать буду, то во что чай наливать? Кто чай пить будет, тот стаканы и получит.

– А мы чай тоже закажем. А сейчас у нас кое-что покрепче. Вас, кстати, тоже приглашали, только для себя пятый стакан захватите.

– Это где дед платок в кольцо пропускал? Иди, я сейчас подойду и стаканы принесу.

Только чтоб потом чай брать.

– Ладно, – согласился Максим. Родители подкинули ему несколько рублей на расходы, со стипендий тоже скопил немного, чай себе он мог позволить.

Максим вернулся к столу, вскоре подошёл проводник со стаканами, и Иваныч разлил в четыре стакана водку, а Максиму сунул в руки бутылку с лимонадом. Оно было и к лучшему, водку Максим всё одно бы пить не стал.

– Ну, вздрогнули!

Выпили по первой. Люба тоже выпила свою порцию легко и непринуждённо, словно дома вместо кефира каждый день её потребляла.

Иваныч взял корочку в руки, понюхал и положил.

– Корку не угрызу, а вот занюхать – святое дело, – и он протянул руку за мякишем. – Максимка, дай-ка ножик, лучку покрошим.

Ну вот, сейчас глаза жечь будет, да луком вонять, но делать нечего. Максим нехотя протянул нож Иванычу. Тот ловко почистил луковицу, отвергнув Любину помощь, словно хлопотать по столу и не женское вовсе дело. Нарезал луковицу дольками, бросил себе рот пару штук и, насадив на нож одну, протянул Максиму.

Он в ужасе замотал головой.

– Шо, паря, лук не уважаешь? Кто лук не уважает, тот хворый будет! Все витамины в ём! Мы знашь, как в войну за лучком охотились! Витаминоз у всех был.

– Авитаминоз.

– А ты не встревай, коли Иваныч говорит. Кака разница? Мне всё едино, шо витаминоз, шо авитаминоз. Кабы не лук, то и энтих зубов мне не видать. Ну, по второй!

Водку допили и по стаканам разлили лимонад.

Максим сначала не хотел брать курицу и хлеб, побывавшие в руках Иваныча, но тот так аппетитно чавкал, а курица была такая поджаристая, что Макс решил плюнуть на гигиену, которую клятвенно обещал матери соблюдать в дороге, и стал есть наравне с остальными. Допили лимонад, и Максима опять послали отнести стаканы проводнику и сказать, чтоб принёс чай. Вскоре появился проводник, изрядно подобревший после выпитой водки.