Боги мёртвого мира

– Спасибо, дружище, я в долгу перед тобой. – Он откашлялся и отвел глаза – от трупов, и от липкой крови, заливающей коридоры, и от темного пятна блевотины. – Я увлекся. Надо закончить начатое.

Берт промычал что-то не вполне внятное: все его мысли сейчас занимал затихающий в последних судорогах брат Анри.

Келлгар прикончил последних двух монахов, разлил весь оставшийся спирт по коридорам. Парни отошли поближе к выходу, Келл поджег прихваченную в одной из комнат лампу и бросил ее в коридор. Пламя вспыхнуло в мгновение ока и уже через несколько секунд разошлось по спиртовой дорожке в комнаты и одного, и другого крыла.

Келлгар глядел на пламя как зачарованный, даже жар из коридора его не беспокоил. Значит, вот как сгорела его деревня…

– Пора убираться отсюда.

Юному барону пришлось силком волочить его за собой, ухватив за предплечье.

– Скоро пожар заметят в городе. Если нас здесь застанут, нам несдобровать.

Келл и сам это понимал. Он побежал за Бертом и только сейчас заметил вещевой мешок за его плечом.

– Что это там?

Хотя он и так уже догадался по звону стекла. Берт вымученно усмехнулся.

– Не пропадать же добру! В монастырских погребах столько хорошего вина осталось, прямо слезы наворачиваются. Прихватил только самые старые.

– Да, после такого не помешало бы выпить.

Они добежали до конюшни, где Берт оставил свою лошадь. Разумеется, никто не знал, что эта среднестатистическая рыжая кобыла принадлежит ему, ведь обычно он разъезжал на статном вороном мустанге.

Юноша отдал свою сумку Келлу, вскочил в седло, взял сумку обратно, а когда следом забрался Келл, одной рукой бережно прижал бутылки к груди, а в другую взял поводья. Поглядел на оставшихся лошадей и обернулся к другу:

– Может, возьмешь себе лошадь?

– Кто-нибудь может узнать ее в городе, – с сомнением отозвался он, но мысль ему понравилась.

– Да брось, бери вон ту гнедую кобылу, таких полно, никто и не узнает.

Мужчина со вздохом слез. Лошадь была распряжена на ночь, придется ехать без седла.

– Освободи остальных лошадей, – добавил Берт, – они смогут убежать. В такой суматохе затеряется не одна лошадь.

Одна здравая мысль за другой. Почему Келл сам об этом не подумал? То ли это все влияние стрессовой ситуации, то ли избалованный барон не такой глупец, каким себя выставляет. Келлгар отворил все загоны, и лошади робко начали выглядывать наружу. Он кое-как уселся на гнедую кобылу, благо и к такой ситуации его готовили.