I. Маска Зорро. Черная жемчужина

Девушка знала, что ее ночной гость смотрит на нее: на полупрозрачные ткани, на изгибы тела, на распущенные волосы, на открытое упавшим рукавом плечо. И все же она налила воду из кувшина, поместила цветы в вазу, разъединила спутавшиеся листья и занялась изучением ароматных лепестков.

Сзади не раздавалось ни звука. Боясь обернуться и снова попасть под огонь, принцесса начала перекладывать на столике и без того лежащие там в идеальном порядке мелкие вещи. Страх и неведомый трепет медленно поползли холодными извивающимися полосами вверх от пальцев ног.

Через несколько секунд проверенный способ подействовал. Воздуха вокруг стало ощутимо больше, и даже немного расслабилась до этого совершенно неподвижная шея. Девушка распрямила плечи, перекинула волосы двумя пышными рядами со спины на грудь, поправила рукав на плече и обернулась. Но она не знала, что Зорро видел в отражении зеркала измученное выражение нежного лица и затравленный взгляд прекрасных голубых глаз…

– Примите мою благодарность за все, что Вы для меня сделали, – произнесла принцесса.

Молодой человек ничего не ответил. Изабелла молча смотрела в противоположную сторону, пытаясь подобрать хоть какое-нибудь слово, чтобы заполнить им угнетавшее ее молчание. Тишина становилась невыносимой, поэтому она решила возобновить попытку общения:

– Как Вы узнали, что я там?

– Об этом я собирался поговорить с тобой, но не здесь.

– Где же?

– За пределами этой крепости.

– Когда?

– Через несколько минут.

– В смысле?

– Ты уходишь со мной.

Кажется, у нее начались проблемы со слухом.

– Что?

– Я сказал вполне доступно.

Нет, это не у нее проблемы.

– Я никуда с Вами не пойду.

– Я спрашивал твое мнение?

Девушка осеклась. Это он только что сказал? Ей?! Да как он посмел говорить с ней в таком тоне?! С ней, с британской принцессой! Даже факт ее спасения не давал ему права на такое поведение!

– Это не обсуждается, – Изабелла сложила руки на груди и отошла к окну.

Зорро встал. Девушка похолодела, спиной почувствовав его движение, но обернуться не смогла: тело сразу онемело от ощущения его приближения. Голова закружилась от осознания беспомощности положения и бессмысленности сопротивления; ноги вновь начали подгибаться от жутких воспоминаний недавних событий, при звуках его ледяного голоса моментально заполонивших ее память.