I. Маска Зорро. Черная жемчужина

К сожалению, танцоры выходили совсем ненадолго и сейчас на месте выступления осталась только небольшая группа музыкантов, но Изабелла слушала их с совершенным упоением. Ей нравилось решительно все: легкая ненавязчивая мелодия, мягкие гитарные переборы, простые гармонии, – прекрасное отражение того, что она чувствовала в данный момент.

– Разрешите мне украсть еще минуту Вашего времени, – воскликнул кто-то за спиной Изабеллы и Керолайн.

Принцесса подпрыгнула в кресле. Господи, ну должен же он когда-то отдыхать?

– Сколько угодно, – тут же натянула она неотразимую улыбку.

– Могу ли я предложить Вам чудный сорт мексиканского бренди?

– Мне так неловко отказывать Вам, но я не пью даже вино.

– О, какой я недогадливый! – воздел руки к небу Монтесеро. – Тысяча извинений!

– Все в порядке.

– Если только я Вам буду нужен, Ваше Высочество…

– Я всенепременно пошлю за Вами.

Капитан исчез в третий раз, а принцесса отставила в сторону тарелку и сложила голову на руки.

– Завидная исполнительность, – давилась тем временем Керолайн.

– Днем с огнем не сыщешь, – процедила принцесса.

– По крайней мере, сегодня тебе не будет скучно.

– О, в этом я не сомневаюсь.

***

Девушки не заметили, как прошло почти пять часов. К ним то и дело, сменяя друг друга, подсаживались новые люди, интересуясь жизнью в Великобритании, новостями Европы, здоровьем британского монарха, долгим путешествием принцессы, модой, книгами, светскими увеселениями и тысячами других мелочей, на которые подруги едва успевали отвечать.

Изабелла пообщалась с таким количеством людей и ответила на такое количество вопросов, что уже была не в состоянии запоминать имена собеседников.

Никаких политических переговоров пока не велось, так как губернатор Калифорнии должен был появиться только вечером. Об этом советники сообщили принцессе спустя полчаса после начала трапезы, поэтому девушка была полностью предоставлена бесконечным расспросам доброжелательной калифорнийской публики.

При этом Изабелла заметила, что новость о ее назначении возможным преемником Георга III здесь не обсуждалась, а это могло означать лишь одно: ее родственники перед отъездом успели дать строгий наказ британскому двору вычеркнуть из памяти все, что произошло во время празднования ее дня рождения. Следовательно, все выводы относительно собственной судьбы и судьбы Великобритании, которые она сделала за время пребывания в резиденции матери, оказались верными.