Одна корона – два короля

Он не сумел защитить женщин сбежавших из Дикой деревни и попросивших убежище у безносых, тогда еще носивших другое название. Начавшаяся резня между иными и безносыми длилась пол дня и обернулась крахам для последних. Женщины оказались схвачены своими беспощадными соплеменниками и обезглавлены в центре селения, деревня защитников испепелена, а львиная доля мужского населения пала в бою. Однако жителей волновало лишь несдержанное слово главы, именно после этого, невероятно ужасного дня них позора они и обязались отрезать себе носы до той поры пока не уничтожат Дикую деревню и не возродят свое славное имя.

Между племенами возникла ненависть передающаяся из поколения в поколение, но в последние годы открытых конфронтаций меж ними не было. Безносым было тяжело тягаться с иными, которые имели преимущество военном деле и многократно превосходили их числом.

17.Речная деревня 02.02.1000

Арсу и Парин сидели за столом друг на против друга.

Злостный взгляд Арсу пронизывал Парина.

– Слушай, я тебе что то должен? – сострил Парин.

Они находились в ратуши деревни ожидая нечала совета.

– Нет, я тебе должен – Арсу выждал паузу – отрубить голову! – со времен последнего совета он держал злобу на Парина за оскорбительные слова.

– А что же она еще на моих плечах? – вопросил Парин – столько времени уже прошло с того дня, заметь. Не в силах сделать то, что должен?

– Еще раз назовешь меня трусом она слетит с тебя, можешь мне поверить.

– Еще раз в шутке адресованной другому принизишь меня и я повторю свои слова.

– Эти слова станут последними, что выльются из твоих уст, можешь мне поверить.

– Слушай, меня вполне устроят такие слова перед смертью, и перестань повторять «можешь мне поверить-можешь мне поверить» это не придает ни грозности, ни убедительности твоим словам – небрежно обратился Парин.

– Ты на кого лезешь, щенок? Тебя же даже этот недоумок Пэниан не уважает.

Парин сделал глубокий вдох в миг наполнился гневом. Эти слова задели его до глубины души по причине их правдивости.

Парин прислонился к краю стола – скажи мне, Арсу, а тебя кто уважает? Все же смеются над твоими рыцарскими небылицами, которые ты рассказываешь уничтожая жителей маленьких деревень, которые осмелились возразить короне устав от голода.