Дом Огненного Меча. Битва наследников

– О, чем я только думал, когда заключал с тобой этот союз! – воскликнул он с иронией в голосе. – И как я смог вытерпеть рождение первых двоих чад! – на миг он смолк, но, будто что-то вспомнив, сразу продолжил. – Но ты не была такой в те разы, я не знаю, почему ты с каждам разом становишься все ершистее и ершистее!

– Да как ты смеешь так говорить! – из комнаты раздался отчетливый звук пощечины.

– Да поделом это все! Надоело! – взбесился мужчина. – Я может хочу, как настоящий мужчина жить, подвиги совершать, а не этой женской работой заниматься! Сегодня же я уезжаю отсюда! – резко отрезал вдруг Зорян.

– Ну и выметайся давай, катись ко всем бесам! – в порыве злости бросила Рада, хотя наверняка почти сразу же об этом и пожалела, ведь все знали, что она любила его больше всего на белом свете и не желала на самом деле его ухода. Однако мужчина, по-видимому, уже давно был настроен решительно, ибо ему, вероятно, надоело расплачиваться за ошибку своей молодости столь долго.

Бархатная занавеска марного цвета резко отдернулась и из комнаты словно пуля выскочил молодой человек лет двадцати тр, его светлые стальные глаза были налиты кровью, взлохмаченные земельно-рыжего цвета волосы его придавали ему еще более сумасшедшего вида, при его-то не таком уж и большом росте, вены на его мощных руках, казалось, пульсировали, а кожа на костяшках правой руки была содрана – видимо, в порыве гнева он разломал какую-то деревянную утварь, попавшуюся ему под руку.

С такой же темно-рыжей, как и его волосы, щетины мужчины упала капля пота. Зорян, по-видимому, не заметил мальца, ибо проскочил дальше к сеням, даже не взглянув в его сторону. Было очевидно, что столь накаленная беседа между молодыми супругами длилась не один час, пока наконец терпение мужчины не лопнуло. Распахивая двери, ведущие в прихожую, он ненароком чуть не сбил четверых уже закончивших раздеваться ребятишек, чем немного смутил тех, хотя они особо и не обратили внимания на состояние главы семейства. В тот же день Зорян словно испарился в неизвестном направлении и к вечеру так и не вернулся домой.

Весна 143 г.

В этот первый весенний день в доме, где некогда главою был Зорян, а теперь же эту роль на себе взял его отец Сам, стояла шумная суматоха: все три жены Сама под водительством матери Таргитая метушились по дому в поисках то подходящего по размерам деревянного корыта, желательно целого, то чистых, стиранных пелен или рубах.