Дом Огненного Меча. Битва наследников

Не сразу Оседень обратил внимание на подозрительную копоть на стенах здания, а даже когда и заметил, то не придал почему-то особого значения этому, так же, как и тому факту, что деревянная кровля храма отсутствовала, зато были возведены строительные леса у боковой стены – молодой жрец склонился к мысли, что оставленный им присматривать за храмом брат Спорыш решил провести реконструкции некоторых частей строения в связи с их обветшалостью. Посему, без всяких задних мыслей Оседень медленно отворил двери храма и вошел внутрь: вокруг копошились люди с различными строительными материалами в руках и приборами, спеша завершить очередное данное им задание, а руководил всем процессом непосредственно сам русоволосый Спорыш, который в этот момент стоял спиной ко входу и не заметил, как вошел его брат.

Оседень же тихо подошел и тронул его за плечо, тот резко одернулся от неожиданности и повернул свою главу – его стального цвета глаза, гармонирующие с серой мантией, отражали всю суровость этого мужа, длинные же до пояса волосы и пышная борода лишь добавляли ему строгости. Но, сразу сообразив что к чему, муж тут же расплылся в добродушной улыбке и заключил Оседня в крепкие объятия.

– Брат! Как же ты изменился! А этот взгляд! – стал рассматривать своего старшего брата Спорыш, словно не видел его целую вечность. – Взгляд истинного жреца! А-ах, брат мой! – вновь сжал он своими мощными руками Оседня.

– А ты, я смотрю, стал тут заправлять всем храмом без меня! Строительство затеял!

– Да, есть маленько, – немного смутился Спорыш

– А где же брат твой, Порыш? Вы же всегда не разлей вода – Порыш да Спорыш! – съерничал Оседень.

– А мы сейчас по очереди преподаем мудрость детям в храме, – вздохнул Спорыш. – Теперь мы вынуждены проводить уроки на свежем воздухе, ибо вот, – кивнул он в сторону идущих за его спиной работ, – хотя так даже и благотворнее для восприятия детишек. Да к тому же надо еще и успевать на совет к Саму попадать.

– А то без вас двоих советчиков там не справятся! – продолжал подтрунивать молодой жрец.

– И да, – вдруг горделиво выпятил грудь вперед учитель, – отныне меня не зовут более Спорышем.

– Ого, а как же? – Оседень начал ощущать, что его челюсти уже даже порядком подустали улыбаться.

– Я взял себе новое имя – Моск, «умудренный»! Надоело быть Спорышем, знаешь, словно я – привязка к своему брату, – по-детски обиженно надул губы близнец Порыша. – Но, к делу, – вдруг резко переменился он в лице.