Эффект Томирис

Он позвонил Томирис и просил уговорить ее начальство не разрывать контракт с его фирмой.

— Если через месяц товара не будет, мы прекращаем сотрудничество, — заявил работодатель Томирис.

— Что ж, в таком случае через месяц я уволюсь, — психанула Томи, но быстро пожалела об этом. Работу сейчас найти нелегко, а она такими заявлениями разбрасывается…

В тот вечер, после разговора с шефом, Томирис впервые напилась. Кто знает, если бы она сдержалась и не потянулась к бутылке, то сейчас была бы счастлива, живя другой жизнью.

Но, увы, тогда, именно тогда, она сделала первый шаг к бездне нынешнего положения.

Собственно, зачем она заявила об увольнении? Все дело в том, что без корейской косметики их фирма терпела немалые убытки, ведь большая часть прибыли давала именно эта косметика. Конечно, были и другие производители, но ни один из них почему-то не приносил такие баснословные деньги. Странно…

Прошел месяц, но косметика так и не появилась. Томирис написала заявление об увольнении и с тяжелым сердцем положила его на стол шефу.

Тот посмотрел на нее как на полную идиотку.

— Дурью не майся, иди работай, — молвил он и выбросил ее заявление в мусорную корзину.

— Вы же знаете, что без этой косметики наша фирма скоро разорится…

Шеф Томирис был ранимым человеком, и подобные заявления категорически не одобрял. Он расценивал их как отсутствие веры в потенциал фирмы.

После ее слов он молча достал скомканный листок с заявлением и, не задумываясь, подписал его.

Так Томирис лишилась работы.

Это стало вторым шагом к бездне нынешнего одиночества. Но в тот вечер раздался звонок, и радостный голос Марата сообщил ее затуманенному сознанию, что косметика только что поступила на склад.

— Поздно, доктор, поздно… Я уже там не числюсь, — промямлила она.

Фирма, в которой работала Томирис, разрывать контракт с Маратом не стала. Все осталось по-прежнему. За исключением того, что Томирис больше там не работала.

Марат чувствовал себя виноватым, ведь товар пришел еще утром, а позвонил он ей вечером, когда Томирис уже наломала дров.

Обхаживал он ее поначалу из чувства вины, и она догадывалась об этом. Но в один прекрасный день она увидела в его глазах нечто большее, чем это унизительное чувство. Она влюбилась в него еще до этого дня и молила Аллаха, чтобы чувство вины сменилось любовью.

Ее молитвы были услышаны.

Но болезнь ее прогрессировала. Все чаще она прикладывалась к бутылке.