Воин Света и Тихий Океан

Мудрого спокойного тихого пришельца, который искренне хотел мира для всех миров – убили из-за двух раздолбаев…

В голове забурлил едкий коктейль из чувства вины, злости на студента Миляху и ненависти на человечество – у нас с ним последние двадцать пять лет и так не ладилось, а теперь еще и это…

Бежать. Ехать в Питер, Нижний, Казань или Краснодар, залечь на дно! Меня никто не видел и не свяжет мою никчемную личностью и падение НЛО на Москву.

Найти Миляху, уговорить пустить меня с тарелки. Бежать.

Как мне ни противно снова видеть мозги и член в банке, но поговорить придется, поэтому я встал, поискал свои брюк, но в комнате стояла только кровать и пустая тумбочка. Осторожно сунулся в коридор, подтянул синие труселя, далеко не первой свежести – последний раз я их менял еще дома. Повернул из спальни в сторону “рубки”, по памяти.

Насколько я помнил, проем в рубку находился метрах в пяти, но сейчас я топал по коридору уже минут десять, иногда немного поворачивая направо и налево, от всегда видел только на десять метров вперед – и ни поворота, ни какого-либо намека на дверь.

– Миляха! Миляха-а-а! – мой крик гулким эхом улетел вперед, и тут же вернулся мне в спину. Коридор вокруг заскрипел и справа от меня возник дверной проем. За ним – та самая огромная пустая комната, по стенам которой бегали разноцветные огни.

– Чего тебе? – раздалось от дальней стены.

Миляха. Живой кулер с двумя сортами компота.

Студент ехал вдоль стен и каким-то манипулятором, более всего был похожим на вантуз, который облепили фольгой и приклеили щетки и зубочистки, водил по мерцающим пятнам.

– Миляха, почему мне не сказали, что у вас нет слова “нет”?

– А кто знал, что у вас так? – грустно ответил инопланетянин.

Я скрипнул зубами. Просто сразу прочитай ты записку, все уже бы пошло по-другому…

Уровень раздолбайства Миляхи приводил меня в ужас.

– Что еще мне нужно знать о вас… о тебе, чтоб не умереть в ближайшие полчаса?

– Пока ты лежал в отключке, я сравнил твою и мою культуру. – проскрипел инопланетянин. – Помимо отрицания, у вас еще две дурацкие вещи, над которыми у нас бы только посмеялись.

– Миляха, давай покороче?

– Если покороче, то у нас всегда говорят только правду и всегда делают то, о чем договорились.