Против всех

Но как-то держался. И пусть не благодаря мне, а скорее вопреки, мы охотились. Бойцы Ската свое дело знают. Даже такой балбес и паникер, как я.

Будет бой. Не в первый раз. И не в последний, надеюсь. Я держу панику мертвой, ледяной хваткой и не даю ей вырваться наружу. Чувства, как всегда, обострились. Левая кисть чуть подрагивает. Дурацкая дрожь, чтоб ее. Но я снова делаю три глубоких вдоха. Биение сердца чуть успокаивается. Совсем немного, буквально чуть-чуть, но я овладеваю собой. Так надо.

Я здесь. Я не побегу.

Я вызываю огонь на себя.

И скоро твари придут. Совсем скоро… Ну, где же вы?

Прошлой ночью они ходили у дома, но внутрь не пробились. Сработали обереги и защитные меры. Они ходили вокруг да около, оставив явный след – глубокую, длинную царапину-порез на заборе. Но почти не оставили следов вокруг. Что ж…

Хватит юлить. Хватит терзать случайные жертвы, которые не нужны. Вас послали за мной… так вот он я. Чего ждете?

Запах сигарет усиливает мой запах. Запах тела. Запах человека. Я не стал применять ни маскировочных спреев, ни «кожи».

Снял все обереги. Я открыт.

Стоять на месте жутко холодно. И я медленно двигаюсь между корявыми, высохшими, какими-то мертвыми и жуткими деревьями. Ветки в темноте, как кривые когти, тянутся, пытаясь дотронуться. Но это лишь деревья.

Страх достигает предела. Пытается душить. У него это не получается. Все. Точка. У меня уже нет сил бояться. Дебильный, безумный план. Вот так вот открыто вломиться прямо в самый гадюшник.

Упыри, если и обитают, то именно в таких местах.

Низший уровень. Кладбищенские твари. Мерзкие, дикие убийцы и потрошители. Отродье, укус которого всегда смертелен.

Я прохожу несколько метров. Ноги начинают увязать в чем-то. И чем дальше, тем больше понимаю. Это не просто грязь. Эта мерзкая, вязкая, полужидкая масса – верный признак того, что я не ошибся.

Мне ни разу не приходилось выманивать упырей из такого логова. В ночь той операции я был на прикрытии. Однако Шура Скат обеспечил всем не только физическую, но и теоретическую подготовку.

Истинное знание порождает эффективные навыки. Особенно в нашем ремесле.

Здесь тихо. Неестественно, жутко тихо. Тишина режет по нервам. Режет ножом. Плохо заточенным ножом в руках садиста, который орудует упорно, жестоко и беспощадно, но неспеша.

Я слышу шорох – как гром. Вздрагиваю, чуть ли не подпрыгнул. Сердце забилось. Контроль летел ко всем чертям.

Снова шорох – тихий, вкрадчивый. Потом наглее. Уже не шорох – шорохи.