Адам и Ева: искушение любовью

Единственный человек, кому я разрешаю себя касаться – мой парикмахер.

Удивительная женщина, мягкая и очень добрая. Думаю, она мне даже ближе, чем Лиза. Не подружка, а мать, которой у меня давно уже нет. Мы говорим обо всем на свете, и почти всегда она дает мне дельный совет.

И, что самое важное, её салон находится на первом этаже моего дома. Никуда не надо ехать.

– Ева, солнышко! Ты завтра можешь на полчасика пораньше подойти? У меня срочный клиент образовался на вечер.

– Конечно, ты же знаешь. Мне всё равно.

Приду, когда скажешь. И, Мил, нужен совет…

– Срочно или завтра?

Чувствую, как она тепло улыбается мне в трубку, а на загорелых щеках появляются ямочки.

– Завтра. Терпит.

– Отлично, тогда завтра в половину пятого. Жду!

Слишком быстро она повесила трубку и вместо приятного голоса в моем ухе остались лишь безжалостные, резкие телефонные гудки. Как же я хочу прямо сейчас рвануть на первый этаж и окунуться в синтетические запахи её салона, тепло фена и журчание воды.

Но где Ева Бертран, а где идиллия маленькой тихой парикмахерской.

Мгновение и телефон снова разрывается, желая компенсировать мне недостаток живого общения.

Этому абоненту я не очень рада, хоть он и платит мне неплохие деньги.

– Ева, бросай все и делай видео! – тут же завопил неприятный голос с легким прибалтийским акцентом. – У меня бомба! Сейчас тебе пришлю всю информацию. Я, наконец-то, нашел компромат на Адамиди!

– Подождите, Евгений Васильевич. Минуту. Адамиди? Те самые братья?

Разумеется, все журналисты или близкие к сфере бизнеса люди нашего города, знают все про братьев Адамиди.

По большей части про старшего из близнецов – Теодора, который вот уже два года успешно возглавляет семейный бизнес. Но известен нам он стал не поэтому, а благодаря серии страшных покушений и чудесной истории одного спасения. Самая страшная и самая романтичная история одновременно. Она спасла ему жизнь, они влюбились друг в друга, а потом его самолет взорвался. В общем, сейчас у них ребенок, дом в пригороде и идеальная семья, к которой скандальному журналисту не подцепиться, как бы Савойский не старался.

Сделала вывод быстро.

– Младший брат?

– Сообразительная ты, Ева. Жаль, что затворница. Да. Младший брат-гений, который строил из себя великого ученого и отвергал все слухи о многочисленных романах, крупно оскандалился. Едва не изнасиловал клиентку прямо в своем кабинете. Все, как ты любишь!

У меня плывет перед глазами. Изнасиловал.