Её первый мужчина

Тут же развела ноги, позволяя мужчине устроиться между ними. То, что осталось от рубашки все еще было на мне и это сводило с ума.

Если несколько минут назад я не хотела с ней оставаться, то сейчас мечтала избавиться. Но мой преподаватель был другого мнения. Руки прошлись по бедрам, скользнули под рубашку на талию, потом выше к груди.

– Не опоздаем, еще есть время съесть торт.

О, как он смотрел на меня в этот момент. Малахитовые глаза заглянули в самую глубину моей расцветающей неведомым цветком души. В самое трепещущее сердце.

Игорь освободил одну руку и подцепил на палец немного воздушного крема.

– Попробуешь свой праздничный торт, Бемби? – медленно провел, размазывая его по губам.

– Вкусный, – слизнула язычком и улыбнулась.

Это безумие. Голова кругом. Игорь зацепил еще немного крема и поднес палец к губам.

– Съешь еще немного, – коварная улыбка.

Что я делаю? Сумасшедшая. Взяла в рот указательный палец и тщательно, чуть посасывая, очистила от вкуснейшего воздушного крема.

– Можно мне тоже попробовать?

– Да, – улыбаюсь и мечтаю, чтобы он съел его с моих губ.

Но у Игоря совсем другие планы. Он медленно отвел в сторону ткань рубашки, освобождая мою небольшую грудь. Ох, это важный предмет моих комплексов. Хочу третий размер или хотя бы полный второй, мечтаю об этом, но увы. Не люблю, когда мужчина в процессе акцентирует на ней внимание.

– Ты напряжена, расслабься. Грудь очень красивая. Я буду уделять ей много внимания, тебе понравится, – шепчет Игорь.

Я ему верю. Смотрю на темные, взъерошенные волосы, улыбку и верю всей душой, всем телом и сердцем. Кажется, крема на торте скоро совсем не останется. Он захватывает его рукой и медленными движениями наносит на правую грудь, размазывает вокруг и, усмехаясь, касается пальцем и оставляет смешную кисточку из крема на самом конце.

– Я не люблю, когда трогают грудь,– отвечаю таким же шепотом.

– Полюбишь, – отзывается холодно и набрасывается на неё.

Черт. Полюблю. Язык сводит с ума.

Он слизывает крем жадно, как будто сидел двадцать лет на диете и вот сейчас ему, наконец-то, досталось пирожное. Когда язык касается соска, я вскрикиваю от острого приступа удовольствия и чуть выгибаюсь.

Игорь и не думает останавливаться, доводя меня до агонии языком. Трусь о его брюки, чувствую напряжение и готова впустить его в себя. Откидываюсь назад прямо на столе, выгибаюсь сильнее. Еще чуть-чуть, пожалуйста.

Не выдерживаю и сама тяну руки к джинсам.