Её первый мужчина

Игорь словно очнулся от наваждения и снова стал далеким, отстраненным. – Увидимся вечером…

Развернулся и вышел со склада. Спасибо хоть дверь придержал.

Глава 9

ОН

– Вадь, ну что там, не томи! – понимаю, что чуть ли не подпрыгиваю на месте и кричу в трубку.

– Не ори, все в порядке. Нет никаких инфекций. Здоров, как бык, – ржет на том конце старый знакомый.

Падаю на диван и, вытянув ноги, откидываюсь на спинку. Фух, отпустило.

– Что за спешка? Неужели решил все-таки обзавестись девушкой? Проверяешься перед важным моментом.

Ага, проверяюсь после важного момента. Это ж надо было так слажать! Крышей поехал и напрочь забыл обо всем. Да я, черт возьми, кончил в неё. Хорошо так, качественно. Как пришел в себя, стартанул в больничку. Пришлось несколько часов наседать на Вадика по телефону, чтобы пошевелился. Не дай бог заразил. Ладно я человек-дерьмо, олененку жизнь портить – это уже перебор.

Нагрубил еще ей.

– Эй, Гог, ты жив? – все веселился на том конце Вадик.

– Нет, подыхаю от счастья, – не удержался от укола.

Знал, на что шел, когда к нему обращался. Сейчас заведет свою национальную народную песню. Три. Два. Один.

– Ты, кстати, не надумал? Станиславыч тебя очень ждет в проект. Экспериментальное лечение на халяву, куча грантов. Вдруг получится?

– Мне уже сто раз говорили – шансов нет. А Станиславыч рвется меня лечить, потому что я охрененно буду смотреться на рекламе его центра и, если дело выгорит, мужик озолотится.

– Гог, серьезно. Рискни еще раз. Я видел исследования, это может быть реальный шанс для тебя.

Я ж не идиот, ты поэтому и загуливаешь. Берешь количеством, а не качеством.

– Ты, вроде, венеролог, Вадь, а не психиатр. Так что харе меня лечить. Все зашибить! Спасибо за помощь, с меня причитается, – повесил трубку и швырнул телефон в дальний конец дивана, тот отскочил и слетел на ковер.

Как всегда, после таких разговоров накатывает. Привычное ощущение одиночества, холода и пустоты собственной жизни. Димка с Олегом называют меня сексоголиком, многие бабы с ними согласны.

Вот только это не самая дурацкая моя болезнь. Она скорее последствие другой. Я бесплоден на все 100%. Врачи не оставили мне даже шанса завести семью, стать отцом.

После этого всё и началось. Я трахаюсь, чтобы успокоиться. Трахаюсь, чтобы высказать недовольство. Трахаюсь, чтобы унять боль. Я трахаюсь без презерватива, потому что ненавижу эти резинки и могу себе это позволить. Это мое преимущество. Никаких детей не будет.