Восьмиконечная

Поэтому садись поудобнее, история будет длинной.

Мы просидели в конференц-зале около трех часов, пару раз прерываясь, чтобы сварить себе кофе. Лукасу пришлось выслушать историю моей жизни, чуть ли не с детства. Он с интересом слушал, не перебивая, а когда я закончила, задал несколько уточняющих вопросов. Я рассказала ему правдивую историю о том, кем был мой дедушка, с каким бизнесом он был связан и как познакомился с коллекционером. Посторонним не обязательно было знать, что мой покойный дедушка был одним из Пурпурной банды Нью-Йорка в семидесятые.

В один теплый вечер дедушка спас жизнь своему будущему другу коллекционеру, рискнув своей, получив три пули. Так началась их преданная искренняя дружба. Дедушка выкарабкался и уехал со своей беременной женой в Портленд, где и по сей день живут его потомки – мы. Он пожертвовал очень многим – мне было около восьми, когда дедушка пропал. Бабушка запретила родителям искать его, она знала, что люди из банды нашли его, и он исчез, чтобы защитить нас. Только через год после его исчезновения мы с бабушкой пошли в церковь, чтобы почтить его память. С тех пор он считался умершим.

– Значит, ты хочешь поучаствовать в ежегодном благотворительном аукционе? Попасть туда будет не просто, особенно новому человеку. Но у меня есть знакомый брокер, который сможет нам помочь, поэтому этот вопрос можете оставить на меня, – после моих откровений Лукас был полон энтузиазма. Впервые мы с Джереми посвятили его в нашу группу, постоянно секретничающих коллег.

И я видела, как он за это благодарен, ведь теперь он часть команды и я уверена, что он не подведет.

– Аукцион через неделю, ты сможешь решить вопрос с реликвией до этого времени?

– Да, Джер, завтра я поговорю с бабушкой, объясню ситуацию, она не откажет.

– Значит, нужно успеть подготовится, тебе нужен сопровождающий, Лиз. Может быть, Харрис? Он профессор, археолог, силен в реликвиях, знает историю, выглядит довольно интеллигентным, чтобы сойти за богатого миллионера, – предлагает Лукас.

Поток его мыслей не останавливается, будто он в самом пике мозгового штурма.

– Нет, это точно не должен быть кто-то из делегации, не хочу, чтобы они вторгались в мою жизнь. Если удастся сохранить тайну моей семьи, это было бы просто прекрасно.

– Не уверен, что мы с Джереми подойдем, наши лица частенько светятся в новостях, слишком легко узнаваемы, твой муж тем более. Не то, чтобы он не презентабельный, – Лукас виновато улыбается, – он вылитый семьянин.