Мистерия. Человек, кот и крыса

Они покатились из его глаз помимо его желания. Ему вдруг стало обидно, что взрослые во всём обвиняют только его.

– Это Коська, – запинающимся от волнения голосом сказал Денис. – Это он начал первый…

Он хотел сказать ещё что-то, но мать подняла голову и строго посмотрела на сына. И Денис понял, что он попался, он сказал то, чего ему не хотелось говорить.

Когда он был совсем ещё ребёнком, мама так играла с ним. Она притворялась, что плачет, прикрывала руками лицо и начинала всхлипывать. Так было и тогда, когда он тайком от родителей съел целую банку ягодного варенья.

Варенье было очень вкусным, и Денис не смог вовремя остановиться. Он ел и ел, пока банка не опустела. А потом он выбросил банку, думая, что если не будет банки, то и родители не смогут догадаться, что он в одиночку съел всё варенье. Но обман раскрылся, когда к ним пришли гости и маме захотелось угостить их вареньем собственного приготовления. Был большой конфуз[15 - Состояние смущения, неловкости.], когда варенья на месте не оказалось и маме пришлось что-то выдумывать, чтобы как-то выйти из создавшегося неловкого положения.

После ухода гостей Денис был допрошен. Он долго отпирался. Не помог даже папин ремень, пока мама не прибегла к последнему средству – к своей уловке. И тогда Денис во всём сознался.

И на этот раз уловка сработала.

– Какой Коська? – строгим голосом спросила мама.

Денис понял, что проболтался.

– Подожди, тот Коська, что из соседнего подъезда? Сын Антонины Семёновны? – Глаза матери буквально впились в сына.

 – Ну-ка, идём! – сказала она тоном, не терпящим никаких возражений.

Она крепко взяла Дениса за руку, нисколько не обращая внимания на его сопротивления.

Дверь открыла сама Антонина Семёновна. Невысокая женщина в халате и домашних тапочках, с накинутым на голову прозрачным газовым[16 - Газовые ткани – очень лёгкие и тонкие прозрачные ткани натурального происхождения (шёлковые или хлопковые).] платком, из-под которого ясно прорисовывались бигуди-папильотки[17 - Бигуди-папильотки – приспособление, с помощью которого прямые волосы становятся завитыми локонами.

], которыми обычно женщины завивают свои волосы; полноватая, с большими бёдрами и, судя по тому, как часто и тяжело она дышала, – страдающая одышкой.

– Посмотрите, что ваш сын сделал! – едва только Антонина Семёновна появилась на пороге своей квартиры, произнесла мать Дениса. Она показала ей испачканную чернилами рубашку.

– Позвольте! – громко и отчётливо возразила Антонина Семёновна.