Крест

Наконец тот сдался и жалобно попросил хохочущего Сергея.

– Хорош, Серый! Сдаюсь…

Неожиданно над ними раздался меланхоличный голос Ганса.

– Веселитесь, господа?

Серый вскочил и пьяно обнял пахнувшего уличной свежестью Ганса. Громко заорал.

– Гансик! Фашист ты наш недобитый! Водки принес?

Ганс отряхнул руки Серого, с достоинством сел и, оглянувшись, вытащил из-за пазухи бутылку. Уныло пробормотал:

– Что же вы орете так ханурики… Принес…

Серый обнял их обоих и в восторге прорычал:

– Ото – дило, братцы! Вечер обещает быть нескромным!

Глава 3

Оглушительная телефонная трель, жестко и безжалостно выбросила сознание Матвея из недр сна.

Это было настолько неожиданно, что его тело, повинуясь древним рефлексам, бурно отреагировало на внешний раздражитель. Надпочечники вбросили в кровь ударную дозу адреналина, и организм Матвея мгновенно приготовился к извечному, жизненно важному выбору человечества – бей или беги.

Сердце бешено, едва не выпрыгивая, застучало в груди, а дыхание со свистом вырвалось из сведенного горла.

Матвей широко открытыми глазами смотрел в обступающий его полумрак, силясь разглядеть надвигающуюся опасность. Ему потребовалось несколько долгих секунд, чтобы попытаться понять и принять окружающую реальность. Но тут снова зазвонил телефон.

И тут же на Матвея обрушилось печальное осознание своего физического самочувствия. Все симптомы стрессового пробуждения остались с ним и даже усилились до невозможного состояния – рот наполнила горькая слюна, в голове застучали гулкие молотки, резко затошнило.

Похмелье… Родная сестра пьяной пятницы. Мысли Матвея лениво исследовали древнее слово. По – после – хмеля… Предки знали о чем идет речь. И кодировали это знание в удивительном русском языке, полным загадок и тайн. Мы не задумываясь произносим некоторые слова, несущие общий смысл, но стоит попристальней вглядеться в них – и открывается такая бездна… Вот еще слово, передающее состояние Матвея этим, стоит признаться не самым приятным утром – с бодуна.

Бодун. Кажется, так в старину называли бадью для хранения всяких жидких веществ, нужных в крестьянском хозяйстве: воды, солений и, конечно, браги…

Вот и говорили – с бодуна, значит, нализался вчера гражданин до чертиков! Матвей выдохнул застоявшийся воздух. Н-да… До чертиков. Память о вчерашнем вечере еще не вернулась, но Матвей не особо торопил ее, справедливо полагая, что удовольствие ему это знание вряд ли принесет.