Крест

Но наконец работа была окончена, и руки шефа еще раз проверили правильность сборки – потянув за два конца фигурки, он добился того, что голубь расправил крылья! Осторожно поставив его на край стола, он поднял на Матвея внимательные серые глаза. Матвей с трудом оторвал взгляд от фигурки, слегка откинулся на спинку стула и посмотрел в лицо шефа.

Черт – промелькнуло в голове – черт… Взгляд шефа был как две капли воды похож на давешний взгляд Серого. Он в очередной раз почувствовал себя на операционном столе – взгляд шефа препарировал и его внешний вид, и оценил его внутреннее состояние, и сделал выводы из этих наблюдений, утвердив оттиск матвеевской личности где-то на полках своего сознания.

Матвей мысленно поежился, но его характер в очередной раз выдал обычный фортель. Вот так всегда – когда на него чересчур давили, он внутренне подбирался и наружу появлялся другой Матвей – агрессивный и наглый. Он выпрямился и прямо посмотрел в глаза шефа. Тот явно оценил метаморфозу и довольно хмыкнул.

– Нравится? – скорее утвердительно спросил он у него.

Матвей поднял брови, прокашлялся и почему-то сиплым голосом переспросил:

– Оригами? – и мысленно хлопнул себя по лбу. Идиот, что же еще! Он глянул за поддержкой на сидящего безмолвного Серого. Отметив полное индифферентное выражение его лица, быстро произнес:

– Да, конечно! Очень красиво! И так ловко. Вы…

Шеф мотнул головой, тихо произнес, нежно и трепетно погладив фигурку.

– Пять лет собираю…

Повисла неловкая пауза. Матвей напрягся, но решил удержать свой язык от болтовни, уж очень все происходящее было тягостно. Видимо, он принял правильное решение – судя по упорному молчанию до этого столь болтливого Серого.

Через несколько секунд шеф очнулся от своих мыслей, потянулся и вновь глянул на Матвея.

– Значит, вы – актер? Мне Сергей Иванович рассказал… а к нам какими судьбами?

Матвей посмотрел на Серого. Тот едва заметно пожал плечами.

– Актер… и немножко режиссер… В Москве для меня работы сейчас нет, а тут родители… друзья…

Шеф резко встал, прерывая бормотание Матвея. Это был так неожиданно, что и Матвей, и Серый одновременно вздрогнули. Шеф блеснул на них глазами, снял со спинки стула модный в прошлом московском сезоне клубный пиджак и одним ловким движением надел его. Встал за стулом, опираясь на него руками.