Волк за волка

Цвет, который большинство попыталось бы осветлить: «Не нужно грубить, господин Вольф».

– Грубить? – костяшки пальцев Феликса сжались на стаканах. Яэль ждала, что появятся трещины, стекло лопнет, а руки Феликса истекут кровью. – Вы чуть не убили ее сегодня на дороге!

– Не волнуйтесь, господин Вольф. Я планирую хранить вашу сестру некоторое время. Это все же длинная гонка. Видит бог, я могу хотя бы развлечься.

Раскол произошел, но не так, как ожидала Яэль. Феликс бросил стаканы, его руки сомкнулись в кулаки. Как раз вовремя, чтобы нанести первый удар.

Это был мощный удар, с треском попавший в скулу Луке Лёве. Направляющийся к хрящу его орлиного носа. Быстро потекла кровь – кривой рубиновый след, выплескивающийся изо рта Луки, вниз по подбородку. Когда юноша согнулся от боли, что-то серебряное выскользнуло из-под рубашки, перепутываясь с Железным крестом. Его руки быстро поймали его, заправляя обратно, где Яэль не могла увидеть.

– Хороший удар для механика. – Выпрямившись, Лука по-прежнему ухмылялся.

Лодыжка Яэль пульсировала о клинок, вшитый внутрь ее сапога. Она смотрела, как два юноши столкнулись у камина: Феликс в боксерской позиции, Лука, глядящий исподлобья сквозь красное пятно на лице.

Воздух между ними был заряжен: дрожащий от тепла и внезапного молчания, омывшего комнату. Все смотрели, задержав дыхание, забыв про еду. Ожидая второго удара.

Он приближался. Яэль могла видеть его в биении височной вены Феликса, натянутых мышцах челюсти.

Они собирались растерзать друг друга.

Юноши были даже похожи – созданные из одинаковой силы и скорости. Ни один из них не будет уклоняться от серьезной борьбы. Не достаточно хороши для гонок. Яэль хотела сесть сложа руки и позволить этому случится. Но Адель… она бы пожалела брата. Она бы это прекратила.

Яэль поставила тарелку супа на пол и подошла к брату Адель. Она обернула свою руку вокруг его дрожащей кисти: «Феликс».

Он посмотрел на нее; белые космы волос стояли дыбом. Его глаза были пронзительными, оттененными дикостью. Она могла почувствовать через его куртку, как колотится сердце Феликса. Его мышцы ритмично танцевали: страстно, сердито.

– Оставь, – сказала она. – Он этого не стоит.

Лука вздрогнул, щека дернулась, что говорило о боли. Он поднес руку к лицу, размазав кровь по щеке и куртке. Красное закапало на пол.