Ритуал

Долгие годы бережно хранимое семейное счастье с каждым днем разрушается, превращаясь в пыль. Образ прекрасной девы, которую ему посчастливилось повстречать в своей юности, навсегда останется в памяти. Он и сам с ужасом стал понимать, что те истории, которые он рассказывал сыну о счастливых днях, перестают соответствовать реальности. Хотя, было ли все это на самом деле, или истории так и остались историями, красивой сказкой, в которую он верил? Видимо, в этом и кроется весь смысл: в это верил лишь он. Спустя столько лет его наконец настигло прозрение.

После завтрака Саманта отправляется к себе в комнату, чтобы подготовиться к выходу. Она оставляет сыну список продуктов, которые ему необходимо купить для очередной порции мерзкой пищи. Из-за того, что мать перешла на диету, Даниэль даже не может сам приготовить себе нормальной еды, ведь мать обязательно учует и пустится вразнос. Спасением оставались походы к друзьям. Там он готовил вкусные и сытные блюда, что было счастьем для его желудка, а также для друзей, которые в нем души не чаяли.

Даниэль понимал, что те иногда приглашают его из банального желания хорошенько пожрать, но ничего не имел против, он любил готовить. Как только мать скрылась, парень пошел проводить отца на работу. В отличие от матери он всегда его встречал и провожал.

– Сынок, мама дала тебе задание? – уточняет отец.

– Да, как обычно, сходить за продуктами, – кривится он.

– Не ворчи, – улыбается мужчина. – Рано или поздно она бросит эту диету.

– Скорее я сдохну, – продолжает бубнить парень.

– Не смеши меня, – начинает хохотать отец. – У тебя же есть места подзарядки. Кстати, о них… Держи, – Мартин достает из кармана несколько купюр. – Купишь себе что-нибудь более… сытное, – заговорщически шепчет он.

– Спасибо, пап. Твоя помощь неоценима.

– Насчет помощи, – вспоминает он. – Я хочу попросить тебя прибраться на чердаке. Это необязательно делать сегодня, в свободное время. Просто имей в виду, ладно? А то у меня руки никак не доходят.

– Хорошо, сделаю.

– Если найдешь что-нибудь интересное – оно твое. Хотя, как по мне, там полно хлама, который только и ждет, чтобы его выбросили, – он бросает взгляд на часы на руке. – Так, слегка опаздываю. Ладно, до вечера, люблю тебя, сын.

– И я тебя, пап.

Дверь за мужчиной закрывается, а вместе с ним уходят свет и тепло, что дарит одно его присутствие. Не желая оставаться наедине с матерью, пусть и недолго, Даниэль спешит выполнить поручение.