Ритуал

 – Вы че сегодня, все меня поиметь решили? Сначала батя со своими фокусами, теперь вот ты! Наколол, бл… Аг-х! Да, я чуть не обделался от такой «заманчивой» перспективы!

– То есть ты признаешь ее заманчивой? – вновь раззадоривает друга Мартол, но быстро прекращает это делать, так как у Даниэля очень хорошие броски, стремящиеся угодить прямо за пазуху.

– Вот сука! – он вновь и вновь закидывает друга, пока не выпускает весь пар. Он выдыхается где-то спустя пятнадцать минут, и то потому что руки замерзают.

 – Блин, я руки, кажется, отморозил.

– А я свой зад, – жалуется Тревис. – Давай, помоги встать.

– Фига ноешь? Тебе в данном случае не положено, – хоть и ворчит, но руку все же подает.

– Так вот, на чем я тормознул? Ах да, судьба…

– Ты опять заводишь…

– Твою мать! Дослушай… А, короче, – отмахивается, понимая, что товарищ не оценит красоты слога. – Я шел в блинную, что тут неподалеку, вот и подумал, тебе захочется составить мне компанию.

– И для этого необходимо было меня подкалывать и мочить свой зад?

– Оно того стоило, поверь, – усмехается Мартол, но быстро перестает, замечая тяжелый взгляд друга.

 – Ладно, все, кончили с этим. Берем пакеты и идем отогреваться.

Видя красные руки Даниэля и то, как ему тяжело управляться, Тревис забирает наиболее тяжелые сумки, оставляя другу ту, что изначально висела у него на локте. Он не раскаивается в своем поступке, скорее наоборот, в некоторой степени гордится, что смог пробудить такие эмоции в обычно спокойном товарище.

Теперь он будет постоянно прокручивать в голове эти воспоминания.

Морщась от боли, брюнет старается вернуть рукам чувствительность, костеря себя за забывчивость. Если бы не отсутствие перчаток, Тревису не удалось бы отделаться так легко.

«Я тебе еще устрою… юморист, блин. Ау-ч!» – кисть в очередной раз отзывается болью, не желая сжиматься в кулак. Даже то, что Мартол забрал часть пакетов, не уменьшало степени его вины.

Так, витая в своих мыслях, ребята добираются до места назначения.

Уютное кафе, интерьер которого оформлен в кремовых тонах, встречает их великолепным запахом блинчиков и свежего кофе. Это заведение создавали не для светских раутов, где присутствуют сливки общества, а для отдыха совершенно обычных людей. Помещение выглядело достаточно просторно, в нем легко расположились восемнадцать столиков и каждый рассчитан на четырех человек, о чем говорит соответствующее количество стульев.