Город-крепость

Только шум, только его я должен слышать: молекулы расщепляемого воздуха кричат, навсегда разлучаемые друг с другом.

Я всеми силами стараюсь от него сбежать – забыть всё, что было с нами, – но призрак брата преследует меня. Даже днём пробирается в мою жизнь в лице Цзина, в его движениях. Пацан даже в ночное небо смотрит с тем же блеском в глазах. Интересно, что бы Цзин сказал о медном телескопе моего брата или об атласе звёздных карт, который он зачитал до дыр, когда собирался стать космонавтом? Брат всегда засиживался допоздна, вырывался босиком на балкон в своей спальне и бормотал о новых изученных созвездиях, если я оказывался слишком близко.

Я всегда притворялся, что мне совсем не интересно, но что-то в памяти оставалось. Кассиопея, например. И сожаление.

А когда пацан схватил меня за толстовку, не позволяя упасть… так же брат пытался остановить меня той ночью. Те же огромные глаза. Плотно сжатые пальцы.

Голос брата продолжает витать в воздухе, кружиться, тянуться ко мне, рвать когтями. Снова пытается меня остановить.

Не делай этого, Дэй!

– Выметайся из моей головы! – кричу я, стремясь избавиться от воспоминаний. Насколько же лучше, когда на меня накатывает амнезия и лишает всех чувств.

Вместо брата думаю о пацане. Какая-то часть меня жалеет, что я привёл сюда Цзина. Что купил ему завтрак. Начал заботиться. Чертовски рискованный план гораздо легче исполнить, если мои помощники – всего лишь шахматные фигуры. Гладкие обезличенные пешки. Не голодающий уличный мальчишка и запертая в клетке борделя девушка, чьи прекрасные глаза выворачивают меня наизнанку.

Показывают меня самого.

Ты не такой.

Мёртвые почти не спят. Так же, как и я.

Зажмуриваюсь и ощущаю, как ветер швыряет мне в лицо истории, истории этих гниющих зданий. Я не вижу бездну у себя под ногами, не вижу небоскрёбы, пронзающие утреннее небо.

Ты хороший.

Как бы я хотел, чтобы брат оказался прав.

Но это не так. И теперь вместо того чтобы мечтать о невесомости и отпечатках сапог в лунной пыли, он покоится в шести футах[1 - Примерно 2 метра, средняя глубина могилы.

] под землёй. Разбит вдребезги, ремонту не подлежит… как и всё, что попадается на моём пути.

14 дней

МЭЙ ЙИ

Со времени последнего визита посла моя жизнь словно замирает. Дверь по-прежнему заперта, а единственный человек, которого я вижу, это Инь Ю. Каждый день она приходит, чтобы прибраться у меня в комнате, забрать грязную одежду и повесить в шкаф новые шёлковые платья.