Оружейник 2

Кириллов изредка посматривал в сторону демоницы и участливо кивал. Через пару минут, он развернулся и прошествовал на выход. Задержавшись в двери, он произнес ни к кому конкретно ни обращаясь:

– Но как только очнется – сразу же зовите сестру, ему надо ввести лекарства.

– Непременно, доктор, – ответил оружейник, пряча хитрючую улыбку.

– Ты что ему там наплел? – полюбопытствовала Лепри.

– Правду. Что ты с прибабахом, а демоны такое лечить не умеют. Теперь ты у них, типа блаженной, на тебя их эскулапы давно лапой махнули.

Зато чтут тебя, как воплощение богини безумия.

– Ну и сволочь же ты, "долбанутый", – рассмеялась демоница.

Дождавшись пока Швед покинет плату, она наклонилась над головой контрразведчика, и тихо прошептала:

– А ты очень даже ничего… Другой бы уже хвост отбросил от моих шуточек, а ты умудрился еще и немного времени хапнуть перед обмороком.

***

Убедившись, что с Куликовым все более-менее нормально, и Лепри за ним присматривает, Швед решил навестить Рибока.

После разговора с Илией, у него сложилось впечатление, что старый афан ему рассказал далеко не все. Возможно, сработала многовековая установка не упоминать о сяурах – опозоренных мертвецах. Швед даже решил прижать Рибока кое-каким компроматом, чтобы выудить из него нужные сведения. Но к его глубокому удивлению, афан сам начал разговор о Малифусе, причем вовсе не стесняясь о нем говорить.

– Я так понимаю, что ты заинтересовался этой внезапной смертью?

– Не сказал бы, что она внезапна, – возразил Швед, – Зная Малифуса и все обстоятельства, я бы дал почти сто процентов, что он попытается умереть.

– Извини, я не так выразился. Имелось в виду его попадание в ловушку.

Швед кивнул, сообразив, что для Рибока факт пленения афана был равнозначен его смерти.

– Прошлый раз я тебе уже сказал, что тазер он просто оставил – мне оставалось только прибрать его после смерти Мала. Но теперь я тебе расскажу, и почему он его оставил, и почему он попал в лапы к Инразу.

Посмотрев внимательно на лицо оружейника, старый афан вздохнул.

– Я думал ты проявишь больше эмоций… Все же наш друг, а не хрен кошачий.

– Поверь, я их уже проявил. Причем так неожиданно, что теперь не знаю, как поступить с Илией.

– Вот как? Значит ли это, что она присутствовала при твоем, гхм… погружении?

– Да, – только и вымолвил Швед в ответ.

Рибок задумчиво почесал нос.

– А ты знаешь, Илия не самый худший вариант для союза. Теперь думай сам.