7 способов соврать

Чей-то потрясенный взгляд в коридоре, по которому я чуть ли не бегу.

Второй, третий, четвертый шокированные взгляды, обращенные на девчонку, которая выказывает свое волнение у всех на виду.

Закрываю лицо ладонью, растопырив пальцы.

Создаю иллюзию, что никто не видит, как я иду мимо них, – если бы, если бы…

За угол, в дверь, запираюсь. Дрожу, трепещу…

Наконец-то я одна.

Свет отражается от стен уборной,

звонким эхом рикошетит внутри кабинок.

Минуты. Спокойствие, словно солнцезащитный крем, размазывается по моей коже.

Где-то под ребрами скопился крик.

Я сую пальцы под горячую воду. Они краснеют.

Смотрю на свое отражение в зеркале, но что-то в моих глазах не так.

Я не влезла в свою шкуру

и не могу заставить себя поверить, что

между нами все кончено, кончено, кончено.

Клэр Ломбарди

Вам знакомо состояние, когда до того стыдно за кого-то, что хочется залезть под одеяло, метаться и кричать: Какого черта ты это сделал?!

Никогда бы не подумала, что испытаю подобное унижение – и из-за кого?! – из-за Джунипер.

Она всегда такая собранная, порой кажется, что она и вовсе не живой человек.

Нет, она не идеальна. Идеальных людей не бывает. Я тоже не идеальна.

И все же даже как-то приободряет, что Джунипер проявила слабость на виду у всей школы. Накричала в столовой на двух незнакомых девиц. Идеальные девушки так не поступают. Я никогда не делала ничего столь зазорного.

Можете осуждать меня, но своим проколом Джунипер подарила мне ощущение, будто я выиграла какое-то негласное соревнование.

– Что это было? – в недоумении спрашивает Оливия, глядя подруге вслед.

– Понятия не имею. Пойду посмотрю, может, она захочет поговорить. – Я встаю из-за стола, запихиваю мусор в бумажный пакет.

– Да не станет она разговаривать, – предупреждает Оливия. – Помнишь концерт прошлой зимой?

Я морщусь. Трудно забыть выступление Джунипер в декабре прошлого года. В середине последней части концерта она сбилась в связующей партии и опустила смычок, аккомпаниатор тоже перестал играть, и в зале наступила мертвая тишина.

Эту завершающую часть – семиминутный отрывок завораживающей виртуозности – ей пришлось начать сначала. Когда публика разошлась, Джунипер заперлась в туалете, и ни родители, ни Оливия, ни я никакими уговорами не могли заставить ее открыть дверь.

Через полчаса, спокойная и собранная, она вышла сама. О том концерте она до сих пор не упоминает.

– Все же я попытаюсь, – не отступаю я.