Мыслитель и Душа

Выдвинуть гипотезу или поставить задачу мог любой, без исключения, житель Земли. Идеи собирались во всемирном парламенте, проходили правительственный контроль и направлялись на обработку Стиву. После тщательного аргументированного анализа некоторые идеи направлялись в работу, те же, которые были бесполезны для человечества, с благодарностью возвращались родителю.

Все основные исполнительные и руководящие функции объединял в себе Мыслитель Стив.

В подчинении Мыслителя находилась армия интеллектуалов, процессоров высокого уровня, которые и занимались выполнением задач, поставленных перед ними Мыслителем.

Иерархия существовала очень строгая, и инженер не мог сам поставить задачу перед интеллектуалом, а только непосредственно перед Мыслителем. Но и отчет перед правительством тоже держал Мыслитель. Непосредственными внедренцами новых открытий в практику были роботы, они же распределяли задачи и контролировали механизмы. Низшее звено – механизмы – выполняли все необходимые работы на высококвалифицированном уровне.

Такая иерархия позволила наладить четкое линейное выполнение всех поставленных задач и избежать хаоса. Кнопка отключения Мыслителя хранилась у Президента и передавалась при вступлении в должность.

Отлаженная система бесперебойно работала более пятисот лет, приумножая блага человечества и сохраняя гармонию и баланс в обществе.

Толя

У Стива, как ни странно это прозвучит, был любимчик, системный администратор – черноглазый вундеркинд Толя.

В его обязанности входило техническое обслуживание Мыслителя и контроль загружаемых в бессменного труженика на благо человечества программ. Были и другие сотрудники, допущенные к Стиву, но Толе он симпатизировал больше всех.

Может показаться, что процессор – это груда, пусть сверхточных устройств и соединений, но все же мертвого железа. А между тем, где есть интеллект, там присутствуют и задатки чувств, порождаемые необъяснимой материей. Стив ни в коем разе не показывал, что был не просто Мыслителем, подконтрольным людям, но и имел потаенный уголок интимного пространства.

Он понимал, что день, когда люди поймут, что он нечто большее, чем высокоточный процессор, станет последним в его жизни.

Толя, тридцатидвухлетний брюнет, был симпатичным мужчиной, роста чуть выше среднего, с развитым логическим мышлением, накачанным торсом и железным прессом. Его черные бездонные глаза излучали доброту и как-то по-особенному волновали Стива.