Утиная охота

Прекрасная птица, зеленая голова, стрелять неудобно, разворачиваю плечо, ловлю его дулом ружья. Огонь. Селезень комком летит в осоку. Меня охватывает такой дикий восторг, прекрасного осеннего утра и такой удачной охоты. Я на седьмом небе! Вдруг правая нога скользит вниз в болота, цепляет за вросший в землю лозовый корень и вот уже сам, как те сбитые мной утки, лечу в болото головой, вместе с ружьем. В полете успеваю отбросить ружье в сторону, на сухое место, оно разряжено. В один миг моя голова в воде.

Вишу на привязи, как собака на цепи. Неимоверным усилием поднимаю голову над водой, глоток воздуха и опять в воду. Полный нос болотной грязи. Барахтаюсь изо всех сил, хватая руками осоку, порезал все руки. Но голова опять падала в болото, поднимал её «дурную», и снова хлебал болотную воду. «Батюшки! Неужели конец!» – подумалось мне. Я был в отчаянии, казалось, – нет спасенья. Все обстоятельства складывались против меня. «Но нет, нет! Я не хочу умирать!». Попытался снять резиновый костюм, вспоминая, как таким образом один раз спасся, когда охотился на Волчьем болоте. Но нет, не получается, ножа нет. Понимаю, что силы меня оставляют. И стал тонуть, захлебываться водой, закашлялся.Закричал, но понял, что кроме меня на болоте никого нет, а проезжающие рядом, по автостраде машины заглушают мой крик о помощи. Из последних сил, выкрутил ногу, аж, что-то хрустнуло в колене. Корень лозины, что держала мою ногу, вырвался из земли, и я всем телом бултыхнулся в болото. Стал на ноги. Мокрый с ног до головы, в тине и ряске, торфяной грязи. Стоял и долго смотрел на небо, на лес, что по-прежнему шумел на тихом восточном ветре. И тут меня начало так трясти… думал, что сердце из груди выскочит. Долго еще раздевшись, плавал по болоту, нашел всех уток и селезня, будь он неладен. Выкрутил воду из одежды, как говорят, промок до нитки. Натянул на себя, вылил воду из резинового костюма, опять одел, так как нужно было выбраться по осоке и старым ломаным камышам метров сто до сухого места. Стою и думаю: «Вылез и слава богу, но как же жене не попасть под горячею руку, увидит, что мокрая-то вся одежка, долго будет точить лясы.». Приехал домой, зашел в летнею кухню, сбросил все мокрую одежку, и как порядочный охотник, сухой, не мокрый, встал перед глазами Марии с утками.

– Ого, так быстро вернулся, – удивилась жена, – да и успел уже переодеться.