Утиная охота

В душе порой такая тоска, досада, когда сам охотишься в тех местах, где были вместе. Но может и там… по словам ученых – в том «энергетическом мире», тоже есть охота и мечутся днём души ушедших людей из земной, телесной жизни; летают как птицы во Вселенной.

Немного о крякве

Ладно, что тут рассуждать, по-всякому может быть. Но утиные истории, ведут меня в мир моих охот: в прошлое и настоящее. Кряква, уникальна своей биологической пластичностью, как вид утки. И охотник, что ее добыть должен знать ее в лицо.

Так, уже в середине августа, как у молодняка, так и старых птиц начинается линька. На одной из охот, в начале сентября, в сумерках, покрякивая манком, поманил уток. На меня налетела небольшая стайка. Стрелял на штык. Боялся, что в темноте могу их не найти. Удалось одним выстрелом сбить две утки. Вижу, в траве лежит селезень, голова уже зеленая, и я бросился к утке, которая упала немного дальше. Нашел. Вернулся, а где селезень. Тут шорох, и вижу как камыш в болоте на воде колышется. Ах, ты разбойник, драпанул все-таки подранок, без всякого сожаления подумал я. Осенью кряквы долго, подчас до заморозков кочуют неподалеку от мест гнездования. Молодые кряквы менее осторожны. Я замечал на своих охотах, что под выстрел, в начале охотничьего сезона попадает больше молодых крякв, а вот в октябре меньше, становятся строже. Как то, в половине сентября сухую погоду лета и начало осени в сентябре, прекратил налетевший северо-восточный ветер. И зарядил нудный дождь. Целую неделю он поливал засохшие поля, временами сыпал мелкой нудной «дробью», то временами лил как с ведра «мокрой картечью» по крышам домов, мешая заснуть без привычки. В такую погоду охота доставляет не очень большое удовольствие. Но просидеть дома в разрешенные дни охоты превыше моих сил. Да и зная с опыта прошлых охот, что кряковая утка падает на лужицы на полях, очень хотелось проверить скошенные пшеничные поля, пойду, поброжу, глядишь и найду утиный вечерний сад. И точно, в бинокль, еще по светлому, возле болота Бельков, что служило границей с южной стороны большому, не запаханному полю, над ним низко крутились две небольшие стайки уток. И падают ближе к центру поля: там две большие лужи. Придется, как то подбираться к ним. Хорошо, что при уборке соломы остались ее остатки по всему полю. Иду по полю к сидящим уткам открыто. Стайки срываются, и улетают. Понимаю, что к вечеру обратно прилетят. Ах, какая удача! Возле самой большой лужи-озера разваленный тюк соломы.