Голос моего сердца

Когда я зашла в кабинет, первое, что бросилось в глаза – фирменная добрая улыбка и голубые омуты глаз, по которым легко догадаться, что мама тосковала по мне.

– Я так скучала, Геката! – воскликнула она, обняв крепче, чем обычно. Мне показалось, голос ее дрогнул. Что это? Неважно. Сейчас в приоритете другое.

– Ма, – отдаленно начала я, присаживаясь в кресло возле рабочего стола и обводя взглядом многочисленные полки книг о различных сортах вина. Помимо них в ее мини-библиотеке также была парочка книг Рене Декарта.

 – Как прошла поездка?

Мама прикусила губу.

– Все прошло успешно, – она поправила волосы. – Кстати, я отправила Карлу за покупками и к нотариусу для уточнения некоторых юридических вопросов. Сама я в последнее время ничего не успеваю. Она сказала, тебе сегодня нездоровится?

Что это? Она пытается перевести тему? Как хочет.

Ясно одно: если судить по реакции мамы, о происшествии им не известно. Значит, это все-таки сон.

Ужасный сон.

Стоп, нездоровится?

Откуда Карла взяла информацию о том, что мне плохо?

Попытка рискнуть.

– Да, чувствую так себе. Голова разболелась, – я скорчила гримасу боли и потерла висок. – Аж рассудок затуманился. Не помню, как вчера домой пришла.

Казалось, прошла вечность в ожидании ответа.

– А, так тебя ведь Лу и Стив привели! – ответила она так беспечно и наивно. – Правда не помнишь? Стив хороший парень, ты с ним в одном классе учишься? Такой ответственный. Сказал, вы с Лу готовились к экзаменам у нее дома, а потом ты упала в обморок от переутомления.

Он помог тебя донести. Мы чуть с ума не сошли! Хотели вызвать врача, но Лу настояла на том, чтобы подождать до утра. Вижу, тебе действительно лучше. Я очень рада.

Стив?! Какого черта?

Значит, это он вытащил меня вчера.

Интересно, а кто придумал эту глупую историю про переутомление? Наверняка тоже он. А родителям Лу что наплел?

Цирк, да и только.

Но в любом случае он здорово выручил нас.

Теперь все постепенно вставало на свои места, принимая более четкую форму.

Я была искренне благодарна бедняге Стиву за прикрытие. Однако в то же время на душе оставалось ощущение глубокой подавленности и тоски.

Почему? Все ведь закончилось благополучно.

И вдруг я осознала.

Корень недуга заключался в том, что меня выручили, как бы абсурдно это ни звучало.

Казалось, некто раздел мое тело и пустил по центральной части Лондона нагишом. Кто-то обнажил все мои секреты и раскидал по целому миру. Теперь все знают тайну.