Голод

Передо мной стоит грязный спортсмен с огромным баулом:

– Жил в палатке… Извини… Постриглась?

– Ага! – киваю я, а у самой улыбка до ушей.

– И вышла замуж… – замечает кольцо на пальце. – Я так и знал.

Я обнимаю это чудовище. Он прижимает меня к себе свободной рукой. В спальне плачет шестимесячный сын. Начинается суета, я сажаю малыша в слинг, приношу свежие полотенца в ванную, Бьерн загружает белье в стиральную машину.

Потом пьем чай на кухне, он качает сына на коленке.

– Глупо вышло.

 – Бьерн поднимает кристально-голубые глаза на меня. – Я тебя упустил.

Пауза повисает в воздухе, за окном щебечут птицы и мягко вьется тополиный пух.

Муж поздно приходит с работы. Я расстилаю Бьерну диван в гостиной. С утра мужчины готовят овсянку, до меня долетают обрывки оживленной беседы.

Мы идем с коляской через парк, Бьерн бросает:

– Хороший выбор!

Киваю, понимая, что он о муже.

У мамы на антресолях Бьерн оставляет кроссовки, палатку и спальный мешок – не хватает места в багаже.

Я обещаю переслать ему их в Данию и провожаю до метро:

– Может, останешься? Переночуешь в гостиной, нам несложно.

– В хостеле переночую, – упрямо мотает головой.

– Ну, пока. Бывай!

– Пока, – наклоняется и целует меня в щеку. Я обнимаю его. Сын начинает реветь. Бьерн исчезает в толпе, а меня пронзает мысль, что нового адреса и телефона он не оставил.

Дина Вальнер

«Голод 91,1»

Город с моста казался сгустком огней, кое-где залитых чернилами.

Машины истерично гудели – затор был такой, что никто не двигался. Все готовились к Новому году, суетились и нагружали улицы сильнее обычного. Гелла решила поехать в объезд, но оказалась в еще большей ловушке – девять вечера, а она, голодная и усталая, никак не могла добраться до дома.

Раздражение нарастало: Антон с утра не брал трубку, а последние два часа почему-то был вне зоны. Гелла ему уже раз десять позвонила. Хорошо, что, пока она тут застряла, дети у свекрови.

А может, и не хорошо. В дни, когда Гелла оставалась дома одна, пустота и одиночество ощущались как-то уж очень явно.

Она опять набрала номер мужа – вне зоны. Со скуки покрутила ручку приемника – прозвучали последние аккорды незнакомой грустной песни, и эфир тут же наполнился волнующе пряным женским голосом:

– Доброй пятницы, голодные мои. С вами вновь Магдалена, и сегодня на волне 91,1 мы проведем еще один вечер, наслаждаясь вашими откровениями.