Избранные. Черная метка. Всё

– Не успел? – заведующий притворно нахмурился, а потом всхохотнул. – Эх, молодёжь. Я б успел. Но осторожней надо. Откусит ещё чего. На вот тебе, средство предохранения, а то от мертвечины всякое подцепить запросто. Венгерский, из каучука.

Лицо юноши из красного плавно перешло в пунцовую часть спектра, но подарок он взял.

– Ну ладно, будет тебе ещё возможность. А сейчас на лекцию давай. А то в парткоме нагоняй дадут.

Порфирич с Кукуцким вышли с сортировочного цеха, накрепко заперев за собой тяжёлую стальную дверь, и направились к приземистому бараку дома культуры.

На сцене уже заливался соловьём столичный лектор в костюме-тройке и круглых очках, когда опоздавшие появились на пороге актового зала.

– Чё глаголет? – спросил Порфирич у мастера Кондрата, загадочно полувыглядывавшего из-за пыльной шторы.

Мастер дыхнул на него спиртом и кивнул на лектора:

– Гигаватт, говорит, больше будет. А зарплата – меньше. «Расходы снизим», говорит.

Последние слова, передразнивающие столичного гостя, прогремели на весь зал, который подло притих.

Лектор наморщил лоб, пытаясь высмотреть в темноте неожиданного оппонента, но, так и не рассмотрев, дружелюбно улыбнулся и сказал:

– На самом деле зарплаты только повысятся, поскольку излишки расходов будут переведены в зарплатный фонд. Потому что наше секретное оружие, так сказать, то самое, с которым во всём капиталистическом мире предпочитают бороться. Однако, что немцу и американцу смерть, то русскому – полезный инструмент, так сказать.

А называется оно – вампир. Ну, или по-нашему, по-славянски, вурдалак.

– Ишь ты, вурдалаков в оружие записывает. – хохотнул Порфирич. – Мертвецов нам мало.

– А это вы зря скептицизмом размахиваете. – заметил лектор. – Раньше для выработки гигаватта электрической энергии требовалось сжечь двенадцать тысяч тонн угля за один только день. Сегодня же, благодаря прозорливости Владимира Ильича Ленина, мы не тратим ни единой тонны угля, и пускаем его в химическую промышленность, чтобы из него делали резину для галош, краску, ткани…

Из зала снова понеслись возражения:

– Да они ж просто стухнут там, в турбине.

Мертвякам что – идут да идут себе, пока башка не сгниёт. А кровососы без крови лягут и лежат. Неужто кровью поить будете?

– Нет, кровью их поить никто не собирается. Мы используем другое полезное свойство. – парировал лектор и загадочно улыбнулся.

Зал снова затих.

– Есть среди вас работники отдела снабжения?

– Угу. – отозвался кто-то.