Избранные. Гуманитарная фантастика

И управление на интерфейс вывести. Представляешь: появляется на пути какой-нибудь такохеби, а я по нему – ррраз!»

«Не, нельзя».

– Почему?

«Вмешательство в экологию космоса. Совет не одобрит».

– То есть, пусть такохеби пережевывают научную экспедицию, лишь бы Совет косо не посмотрел?

«Разве у шиячи нет какого-нибудь животного инстинкта, предупреждающего о хищниках?» – Сат-Ки накрутил на вилку новую порцию неаппетитной продукции кухонного агрегата.

– Если бы… – мрачно ответил космонавт.

«Не волнуйся.

У нас есть карты и схемы миграции опасных существ. Задействуй функцию навигации, там всё понятно нарисовано».

– Эх, где ж ты раньше был со своими схемами…

«Завтра вылет. Ты готов?»

– Конечно. Моя стая уже заждалась, теребят меня каждый день, словно дети перед прогулкой.

«Твоя стая?» – усмехнулся Сат-Ки.

– Да. Моя.

Шиячи скользили в прозрачных водах космоса. Светящиеся линии на их гладких шкурах меняли свои узоры, подстраиваясь под волны темной энергии. На голове вожака в тусклом свете звёзд мерцал серебристый нарост.

Первый вел стаю в обход опасных зон, подальше от когтистых щупалец такохеби. Глубины двенадцати измерений раз за разом сменялись поверхностью трехмерного мира, инопланетное оборудование исправно поставляло ученым данные для анализа. По словам одного из них, шиячи передвигались гораздо быстрее космолетов кагаку-шани, поскольку могли использовать большее количество измерений.

«Не зря у нас говорят „быстр как шиячи“, – заметил руководитель научной экспедиции.

 – Надеюсь, когда-нибудь и мы сможем достичь подобной скорости».

Сергею было достаточно того, что он направлялся к Земле, но мысль, что он летит туда на всех парах, безусловно, согревала. Он представлял себе, как удивятся в ЦУПе, когда блудный космонавт выйдет на связь. Хотелось бы увидеть лица приятелей в этот момент. Валера, небось, опять байк поцарапал… И родители – наверняка ждут его, вопреки всему. Отец, конечно же, будет ворчать, мол, вот до чего твои полеты тебя довели.

А мать только вздохнет. И со словами «глаза боятся, а руки делают» сядет вязать 10-километровый свитер, чтобы родной сыночек не простудился в холодном космосе. Как сказать им, что он не сможет остаться?

«Сергей, может, перекусим?» – пришел импульс от одного из шиячи.

«Хочу шокухини! – категорично заявил другой. – Еда ученых – не вкусная!»

«Точно!» – поддержал третий.

«Сделаем привал», – согласился космонавт.

«Балуешь ты их, – буркнул Сат-Ки.