Избранные. Тёмное фэнтези и хоррор

Не увидел, с какой тоской ему коза вслед смотрела. Рядом сестра пыхтела, зачем-то маску свою клыкастую надела. И снять не могла. Или не было всего этого? И приснилась ему подобная чепуха?

И как ходил кто-то в подполе, тоже приснилось. Бродил из угла в угол, вздыхал тоскливо, и сотрясалось всё от его шагов, и дыхание его казалось ледяным, мёртвым. И, самое страшное, невидим был гость, только шаги, только дыхание. А после…

После кто-то принялся по потолку бегать. Быстро, быстро. Пробежит, хихикнет. И обратно. И взглянуть страшно, вдруг заметит? Спрыгнет, вцепится и глаза выцарапает! Нет, нет!

Так и лежал он, слушая, как беснуются внутри невидимые гости, как скребётся во всех углах тёмное нечто.

И шевельнуться боялся, чтобы самого не сцапали. И, вроде, начали страхи отступать, уходить за какую-то незримую границу восприятия. И снова провалился Эрил в липкую и горячую яму, забылся тревожным сном.

Но тут кто-то постучал в закрытую дверь.

Мальчик подскочил, как ужаленный. Вытянулся струной, того и гляди, внутри всё зазвенит.

Неужто показалось?

И снова стук, частый, громкий. Чудилось, стоит по другую сторону человек раненый, которого чудовище преследует, нависает смертельной тенью. А он, загнанный в ловушку, стучит, просит его внутрь пустить!

Не может быть! Там же брюхо звериное! Наверняка уже до самой земли провисло и давит на неё своей утробой необъятной! Тогда кто? Кто может стучать снаружи?

Снова удары, от них задрожали крепкие доски, задвижки скрипнули угрожающе! И хоть бы закричал гость или слово молвил, чтобы убедиться – снаружи живой человек!

– Кто там? – спросил Эрил боязливо.

 – Кто ты? Что тебе надо?

Тишина. Хрупкая. Тронь, рассыпается на осколки. И снова стук, будто неведомые силачи ствол берёзы в руки взяли и долбят им в дверь.

– Кто ты? – вскричал напуганный Эрил. – Чего ты хочешь?

Ни слова гость по ту сторону не сказал. Ударился в дверь. Раз, другой, третий!

В ужасе мальчик к родителям подскочил. Начал отца за плечи трясти.

– Вставайте! Скорее! Там в двери кто-то стучит! Войти пытается!

А отец, будто неживой.

Не дышит, не отзывается. И страх скользкой змеёй опутал сердце Эрила, сжал его изо всех сил. Повернул мальчик отца на спину. И чуть не завопил.

Не было лиц у родителей. Только провалы чёрные. Будто кто лица их содрал, вскрыл черепа, все внутренности высосал, оставил пустоту. И страх.

И стук снаружи прекратился.

И, скрипнув, отворилась дверь.

IV.

– Вито! Не надо! – умолял Эрил.