Фобология

Некто оставался в комнате и совершенно не торопился себя раскрывать. Мало того, судя по звуку, зашли ещё два-три человека.

– Господин Шпак?

Молчок.

Вадим медленно, стараясь не шуметь, на четвереньках пробирался к выходу и надеялся, что верно запомнил направление.

За спиной послышались смешки, как будто кто-то изо всех сил сдерживал хохот, но выходило скверно. Потом раздался топот маленьких детских ножек, и волосы на голове Вадима Никифоровича зашевелились. В этот момент кто-то прыгнул ему на спину и вцепился зубами в плечо.

Шубин заорал и принялся колотить руками в попытках сбить с себя тварь, кем бы она ни была. Вторая тут же бросилась на грудь и вцепилась в горло. Теперь Вадим верещал совсем не мужественно – высоко и пронзительно, как девочка-подросток. Кое-как поднявшись на ноги, он вместе с обеими тварями на себе вылетел в коридор. Первую Шубин сбил, врезавшись спиной в стену. Создание глухо шмякнулось под ноги и запищало. Вадим наугад ударил ногой. Стопа угодила во что-то мягкое.

Крики прекратились. Вторую бестию он принялся охаживать тумаками и кружиться при этом по всему коридору, то и дело наталкиваясь то на одну, то на другую стену. В итоге Вадим нашарил рукой открытую дверцу и прижал ею тварь к косяку. Пару раз качнул, раздался противный хруст, и маленькие челюсти на его шее разжались.

Стукнув тварь ещё несколько раз для верности, Вадим Никифорович попятился. Через несколько шагов он наткнулся на противоположную стену. Вадим прислонился к ней здоровым плечом и зажал рану на шее.

В ладонь толчками била кровь, пробивалась сквозь пальцы и бежала за шиворот. Шубин хрипло и тяжело дышал. Его лихорадило.

Неподалёку раздались новые шаги. Вадим напрягся. Со стороны лестницы поднимался слабый круг света. Он наплывал медленно, плясал на стенах, точно издевался.

Вадим метнул взгляд на приоткрытую дверь комнаты. Он мог бы незамеченным нырнуть в полумрак, но что если одна из этих тварей всё ещё там? Вадим обшарил взглядом коридор в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия, но увидел только два маленьких трупа, валявшихся на полу.

Они и впрямь были детьми, почти младенцами. Посиневшая кожа в некоторых местах уже подверглась тлению. Глядя на этих существ, любой мог бы проникнуться жалостью, если бы не кровавые разводы вокруг губ и багровые пятна по всему телу.

Свет приближался. Из-за ступеней сначала показалась темноволосая макушка, потом лицо, шея, плечи и всё остальное.