Фобология

Её не смущали ни странные обстоятельства их встречи, ни поздний час. Изведав мужчину, она решила привязать его к себе узами колдовства.

Быстро одевшись, Шелли взяла фонарь (свеча предназначалась для соблазнения) и поспешила к последнему домику на холме. В деревне не было собак, поэтому тишина, ничем не нарушаемая, казалась осязаемой и плотной.

Внезапно Шелли вздрогнула: с крыши дома, в который она собиралась войти, сорвалась сова и мелькнула в луче света. На пороге стояла сама хозяйка, миссис Хендж, женщина столь же древняя, как эта деревушка и приютивший её холм.

– Чего ты хочешь, Шелли? – спросила женщина, и юной гостье стало жутковато. Она достала прядь волос и протянула старухе.

– Его имя – Феликс.

– Войди, – коротко приказала колдунья.

– Миссис Хендж… – начала было Шелли, но та прервала:

– Амалия. Это моё земное имя. Знаешь, что будет платой за мою работу?

Шелли покачала головой.

– Расскажи мне, что несёт с собой человек, которому ты хочешь подарить сокровище своей жизни.

Под корявыми пальцами старухи рождалась восковая фигурка мужчины. Чёрные волосы на голове, на груди тонкой иглой выцарапано имя: Феликс. Амалия протянула девушке иглу и куклу.

– Иди на кладбище, сядь между могилами девочек с одинаковыми именами и, уколов безымянный палец левой руки, дай капле крови упасть на фигурку. Этот Феликс будет страстен и неутомим в любви, и нужна ему будешь только ты.

– Он принёс с собой чёрный ящик, Амалия. Там что-то спелёнатое, словно мумия, чёрное и твёрдое. Большего я не разглядела, – торопливо произнесла Шелли, прижимая к груди куклу.

– Ты подглядывала за ним? – лукаво усмехнулась старуха.

– Я не спускала с него глаз с того момента, как он появился на крыльце моего дома, – призналась Шелли и включила фонарь. Ей предстояло обогнуть холм и проникнуть на детское кладбище.

Ночной холод становился всё ощутимее, Шелли дрожала.

Часовенка, облезлая и серая, как всё вокруг, служила воротами на кладбище. Шелли перекрестилась бы, но что-то удерживало её: она понимала, что сейчас обратилась к силам, далёким от божественных.

Шорох собственных шагов заставлял в ужасе сжиматься сердце Шелли. Она искала одинаковые имена на могильных плитах. Вот! Джина Рэндолл, три года, и Джина Ли, пять лет.