Избранные. Фантастика в стиле Punk!

– Я тебя породил, я тебя и убью…

* * *

Редкие снежинки, криво порхая, падали на гальку. Они не таяли и постепенно убеляли опустевшие пляжи.

– Народ надо как-то вывозить, – сказал Дугин, пиная ботинком камешек.

– Вывозим потихоньку… На трамвайчике в Адлер, там поезд ходит пока, – уныло кивал Горгадзе.

Весь он был расхристан, всклокочен, глаза запали, лысина поблёкла.

– Ну, поработает ещё. Наверное.

– Да… Говорят, в Ростове замело всё, уже и не расчистить, – дёрнул плечом директор. – Влад, может, останешься? – поднял он на Дугина покрасневшие глаза.

Тот покачал головой и похлопал Горгадзе по плечу. Потом махнул рукавицей и пошёл к экраноплану. Горгадзе с кислой улыбкой качнул квёлой рукой в ответ.

– Стойте!

Директор и Дугин обернулись. К набережной бежала Лидия Петровна. А за ней, неуклюже перебирая длинными ногами, спешил Анатолий.

* * *

Шагая по жёсткому насту и застругам, Влад подошёл к Плотине.

Заснеженная громадина угадывалась под торосами, вечными льдами и переметённым снегом.

– Всё время теперь тут, что ли, штиль? – удивился Дугин, вдыхая ядрёный в своей прозрачности воздух.

Сзади заскрипело. Укутанная в толстенный комбинезон, в меховой шапке и унтах, из «Смерча» вылезла Лида. Глаза её сверкали, на лице дрожала робкая улыбка. Следом за ней плёлся вялый Анатолий.

– Жалеешь, Толик? – усмехнулся Дугин.

Анатолий вздрогнул от его голоса, дёрнулся всем телом и, зацепившись за ледяную корку, неуклюже повалился в снег.

– Вот чёрт… – пробурчал он в отчаянии, стоя на четвереньках.

Лида кинулась его поднимать.

– Влад, а вы точно сможете? – спросила она Дугина, помогая мужу.

– Ну… Я хотя бы попытаюсь, – Дугин оттопырил губу вроде бы в нерешительности. – Слышите, как пахнет? – он с шумом вдохнул мороз.

Синицыны, отряхиваясь, послушно втянули ноздрями воздух.

– И чем же? – просипел Анатолий.

– Весной… – сказал Дугин и пошёл дальше.

И Синицыны, поддерживая друг друга, стали спускаться за ним к замёрзшему океану.

Бюджетное долголетие

Сергей Коннов

Модуль сдох в субботу вечером. Однако, узнал я об этом лишь в воскресенье, часа через три после завтрака. Ощущение тяжести в желудке сменилось болью, сперва тупой и нудной, затем – острой, перехватывающей дыхание. Не вру, прихватило так, что дышал с трудом. Можете назвать меня дураком, но я никогда не перепрошивал модули.