Лукавый Шаолинь

Интерьер клуба также был знаком до боли и ужасно наскучил. По периметру зала располагались деревянные стол и стулья. Потолок украсил барельеф с огромной черепахой и тремя китами, которые держат на себе весь мир. В баре продавались дурацкие коктейли со странными названиями: «Моча, ударившая в голову дракона», «Поцелуй эльфийки», «Свадебные игрища хоббитов». Я рассматривала свой апельсиновый сок и раздумывала, не заказать ли чего покрепче, чтобы пережить этот вечер.

Радовала только обаяшка Эля, которая веселилась как дитя, заражая всех вокруг своим позитивом.

Группа задерживалась с выступлением, и я про себя фыркнула: подумаешь, звезды! Надо бы уйти домой, к своим фантастическим романам, к недочитанной книге Джорджа Мартина, такой желанной и манящей.

А Эля отжигала. Она залезла на стол и заиграла на флейте, выделывая ногами танцевальные па. Толпа неистовствовала. Эта девочка с флейтой, живущая у леса, умела заводить людей. На какой-то момент они все стали ее рабами. А потом Эля улыбнулась, раскланялась и крикнула: «Встречайте, группа «Интер» с бессменным вокалистом Ершом».

Подмигнув, Элюшка слезла со стола и скромно направилась ко мне. Говорят, мы похожи – обе зеленоглазые блондинки. Только у Эли волосы скорее русые, а у меня – совсем светлые, заплетенные в две длинные косы. Мое лицо напоминает сердце, а у подруги – идеально ровный овал. И я выше где-то сантиметров на пятнадцать и стройнее, хотя бедра шире Элиных. Но у нее удивительно тонкие черты. Своим необыкновенным лицом Элиза завораживает всех.

А я…Что я? Просто красивая. До зевоты и отвращения. И опять, как всегда, на этом концерте ко мне будут подходить молодые люди. Одних отошью сразу, другим – дам надежду, но иногда находится человек, с которым провожу месяц, а то и два.

На большее меня не хватает.

Как-то слышала, что любовь – это чувство, основанное на восхищении. Лишь с человеком в чем-то лучше меня я смогу быть рядом. Но таких немного. Разве что Эля, которая с маниакальным упорством ищет свой Шаолинь.

Эля, которая идет по Пути воина, такому сложному и почетному. Эля, которая плачет каждый день в подушку. Но при этом она остается Человеком с большой буквы. И живой. Живее многих, наверное.

– Иней, – подруга крепко обняла меня, – даю слово, что ты не забудешь этот день.

Я рассеянно погладила ее по спине, потому что думала совсем о другом. О новом романе Джорджа Мартина, который терпеливо ждет меня дома.

А потом я застыла. Потому что они заиграли.