Шутить изволите? Юмористическая проза. Коллективный сборник

После укола у меня пред глазами туман, губы не слушаются, язык онемел. Ни чего сказать я не могу, лепечу что-то бессвязное. Тем временем меня везут в приемный покой. Осматривают ногу, видят, что перелома нет. Но отпускать не хотят, скорая же привезла:

– Смещения какие-то подозрительные в колене, нужно наложить фиксирующий гипс на всю ногу.

Вот так я вместо дискотеки оказалась в больнице с гипсом на здоровой ноге…

Кожа у меня нежная, очень чувствительная. К ночи гипс высох и стал ужасно колоться, и чем дальше, тем хуже… Совсем нестерпимо стало.

Нога под гипсом чешется, хоть волком вой. Чувствую, если я от этого гипса не избавлюсь, то к утру с ума сойду…

Фиксирующий – это такой неполный гипс. Спереди вроде бы гипс, а сзади – только бинты. И вот я стала потихоньку эти бинты растягивать и расслаблять. Тянула, тянула и к середине ночи этот гипс стащила. Какое было облегчение! Спрятала я слепок своей ноги под одеялом у стены, и счастливая уснула.

Дальше все было как в заправском водевиле.

Утром меня разбудил обход. Зашел новый врач, не тот, что меня принимал. Не отрываясь от своего журнала, протянул руку:

– Ногу!

Я высунула из-под одеяла ногу. Он, не глядя, потрогал ее, и уже раздражаясь:

– Да не эту, другую!

Я подала другую. Тут он оторвался, наконец, от своего журнала и посмотрел на меня:

– А где же?

– А вот же!

Я откинула одеяло. Его взорам предстало три ноги – две мои и третья, у стенки – гипсовая.

– Симулянтка! Вон! Немедленно выписать!

Давно я не видела, чтобы люди так багровели.

Выдали мои вещички и за дверь выставили… Так и пришлось мне ехать через весь город в рваных колготках.

Вот как строить глазки симпатичным парням при исполнении! Не успеешь оглянуться, как с гипсом на здоровой ноге окажешься…

Стог

Магнитофон у меня был очень удобный. Тонкий и плоский. Мой друг Колька так к нему привязался, что не расставался с ним вообще. Носил магнитофон на плече и слушал целый день, прислонив ухо к динамику.

По вечерам мы ходили жечь костер на берег Волги. У нас было несколько любимых мест, и одно из них: на берегу ручья, под орешником. Всем оно было хорошо, кроме одного: днём как раз по этому лугу гоняли на водопой деревенское стадо.

Гуляли мы обычно долго, чуть ли не до утра. А Колька был соня. То ли он всегда не высыпался, то ли просто был «жаворонок», но только часов в десять он уже начинал «клевать носом». Но домой идти не хотел, пока все гуляют.