Сингулярность 2.0. Биотех

3

Телефон завибрировал, когда Татьяна вышла из электробуса.

– Да?

– Татьяна Сергеевна? – спросил знакомый голос.

– Да, с кем я разговариваю?

– Эта тварь… эта…

Татьяна узнала голос мужчины: того самого, что хотел «достойного наследника».

– Простите, о чем идет речь?

– Эта тварь… я надавил на нее. Она мне все рассказала… а ведь пела, что никогда с ним не… никогда не… тварь такая! Я ведь ей все дал. Все! Так ладно бы аборт. Она продала эмбрион!

– Вы уверены, что вам нужна именно я? – спросила Татьяна, поймав паузу между словами мужчины.

– Да, именно вы мне и нужны. Точнее… вы мне больше не нужны.

– Простите?

– Мне больше не нужны услуги вашей клиники. Не нуж-ны… – выговорил он, и в трубке стало тихо.

– Алло? Вы тут? – спросила Татьяна.

Резкий шум, точно кто-то высморкался, оглушил ее.

– Я тут! Уничтожьте эмбрион. Мне от этой… мне от нее ничего не надо! Не будет мой сын носить гены этой… этой бродяжки!

– Простите, но это так не делается.

– О, она мне больше не супруга!

– Тем не менее. Эмбрион записан на нее. Одного вашего желания недостаточно.

– Это мы еще посмотрим!

– К тому же вы уже заплатили за все процедуры. Возврат в таких делах не предусмотрен.

– Да и хрен с этими деньгами! Я еще в десять раз больше заработаю. Но уже без нее… да-а-а, – протянул он, затем что-то брякнуло, по-видимому, стакан. – Она хрен что получит от меня!

На секунду повисла тишина.

– Бр-р-р! – снова брякнуло стекло. – Так что, док, кончайте там эти… костюмизации… все. Закрыта лавочка!

– Простите, но без заявления вашей… без заявления Елены это сделать невозможно.

– Я все понял, док. Все будет! Я вам клянусь, все будет чики, мать его, пуки! – крикнул он и сбросил.

Татьяна какое-то время смотрела на экран с номером абонента, затем убрала телефон в сумочку и пошла по аллейке, огороженной высокими соснами, в сторону трехэтажного здания, притаившегося в самом конце.

«Чайка» – центр паллиативной медицины – уже несколько лет служил домом для ее брата. «Фульминантная форма болезни Паркинсона» – так Татьяна назвала эту болезнь, хотя никакого официального названия для нее не было – сделала из некогда активного молодого человека куклу, которая только шевелит глазами и открывает рот. Говорить он не мог, только глотать жидкую пищу.