Слон меча и магии

 – Так уж и не спится, что ли?

– Ни капельки, – я настойчиво делал вид, что не понимаю, к чему он клонит.

– Тогда, – Меров поправил бороду, сплюснутую лавкой, – айда сменишь меня, хорёк? Видит Пра-бог – в долгу не останусь!

Я с минуту поколебался напускно.

– Ай, бес с тобой! – махнул я рукой. – Но чтоб утром здесь был, лады?

– Не обижу, – обрадовался Меров и тут же кинулся хлопать меня по плечу. – Славный ты малый!

«Прости, Меров, – мысленно извинился я, – и спи крепко».

Только-только таборянин хлопнул дверью, я наспех оседлал Храпуна и вернулся за Костой.

Тёмными закоулками я провел её, укутанную в мой нарядный кунтуш и плащ, в самый низ Гуляй-града. Мы крались «как шелудивые мыши», ползли ужами и сливались с тенями. Не брезговали ни ржавыми лестницами, ни собачьими лазами. Коста держалась молодцом. Когда труба с огненной водой обожгла ей щиколотку, она только чуть-чуть всхлипнула – и только.

– Когда мы выберемся, тебе больше никогда не будет больно, – серьёзно прошептал я, подсадив её в седло.

И вновь поразился, какая она лёгкая и хрупкая. Как молодой колосок.

– Я верю, Брегель, – шепнула она в ответ. И почему-то печально улыбнулась.

Поднатужившись, я крутанул ворот. Брюхо Гуляй-града пронзительно заскрипело, и ветер ворвался в хлев через разверзшийся люк. Потянуло свежестью.

Я резво вскочил на спину Храпуну, тот засопел. Коста горячечно прижалась ко мне, обхватила намертво аккуратными тонкими руками.

– Держись, – бросил я ей. – Путь неблизкий.

* * *

Половину дороги мы преодолели без происшествий.

Гуляй-град так и спал, а дождь подчищал за нами следы. Осенние слёзы Глушоты мазали отпечатки копыт, прибивали к земле забористый запах Храпуна.

Когда тот самый сосняк растаял позади и мы пересекли тракт, Коста задрожала.

– Замёрзла? – спросил я, силясь перекричать дождь и топот.

– Нет, – голос, ставший родным, дрожал, – просто не могу поверить, что это правда.

– Верить рано, – обрубил я, но тут же смягчился. – Вот дойдём до реки, будет можно.

Там до южаковой границы рукой подать.

– Поскорей бы, – она уткнулась лицом мне в спину. – Погоди… Слышишь?

Воздух рвался и шипел. Я посмотрел назад, и глаз мой нервически дёрнулся.

Старческая голова Гуляй-града изрыгала пламя, возвышаясь над лесом. Живой город медленно разворачивался в нашу сторону.

– Он же нас не догонит? – запереживала Коста. – Не догонит же?!

– Он не догонит, – я прикусил губу, – а вот они – да.

В чаще затрубил боевой рожок.